Корабли Подводные лодки Морская авиация Вооружение История Статьи и заметки Новости Разное

И.Ф. Цветков. Линейные корабли типа «Севастополь» (1907-1914 гг.). Часть I. Проектирование и строительство

Линкоры сходят со стапелей

"Линейный корабль "Гангут" в 23 000 т и 42000 сил на валах заложен июня 3-го дня 1909 г. в С.-Петербурге на Адмиралтейском заводе на Галерном островке ...", — гласила надпись на серебряной закладной доске, прикрепленной к килю будущего линкора.

В этот же день — 3 июня — на Адмиралтейском заводе заложили второй линкор "Полтава", а на Балтийском заводе в присутствии членов царской фамилии - - линкоры "Севастополь" и "Петропавловск".

Так было положено начало воссозданию русского флота после русско-японской войны. Однако фактическая постройка кораблей на стапелях началась, как уже было сказано, лишь в сентябре-октябре 1909 г. Стапельный период из-за несвоевременного ассигнования средств па строительство растянулся более чем на два года. По этой же причине с большим опозданием были заключены договоры с другими предприятиями на поставку вооружения, брони, механизмов и оборудования, что повлекло за собой значительное удлинение сроков достройки линкоров.

Вот, что докладывал по этому поводу начальник Балтийского завода в письме от 21 сентября 1910 г. председателю МТК: "... Считаю необходимым сообщить, что недостаток ассигнования сумм на постройку линейных кораблей и происходящая отсюда задержка в соответствующем развитии работ вследствие невозможности своевременно заказать и получить материалы и нанять необходимый состав мастеровых, лишили заводы возможности вести постройку с расчетом выполнить ее к намеченным срокам...".

К сооружению сложных по своему устройству кораблей потребовалось привлечь огромное количество казенных и частных предприятий России в качестве контрагентов. Судостроительная сталь поставлялась объединением "Продамет" и Кулебакским сталеплавильным заводом, броня изготовлялась Ижорским заводом, артиллерия — Обуховским, артиллерийские башни — Металлическим и Путиловским заводами, электрооборудование — заводами "Дюфлон и Константинович", "Симменс и Шуккерт", "Вольта", "Всеобщей компанией электричества", телефоны и приборы управления артиллерийской стрельбой — заводами Гейслера и Эриксона, элеваторы и системы аэрорефрижерации артиллерийских погребов — заводом Лесснера, якорные устройства, рулевые устройства и паровые шпили — заводом "Сормово" и т. д.

Таким образом, в результате усилий Морского министерства сложилась обширная система кооперированных поставок между предприятиями, связанными договорными обязательствами и сроками исполнения заказов. Это, в свою очередь, потребовало со стороны Морского министерства осуществления строгого контроля за качеством и сроками поставок изделий. В конце 1911 г. после окончания стапельного периода была учреждена специальная Комиссия для наблюдения за постройкой кораблей в Балтийском море под председательством капитана 1 ранга В.А. Канина. В ее состав входили офицеры— специалисты по кораблестроению, артиллерии, механической части, минной части и электрооборудованию. Всего числилось сорок офицеров, причем часть из них находилась в непосредственном подчинении начальников соответствующих отделов ГУ К.

В июле 1912 г. морской министр утвердил специальное Положение о наблюдении за постройкой кораблей. В нем говорилось, что председатель комиссии назначается приказом по Морскому ведомству и подчиняется начальнику ГУК. К компетенции комиссии относился контроль за качеством выполнения работ и соблюдением сроков постройки. Члены комиссии, кроме того, отвечали за исполнение рабочих чертежей и отчетной документации в соответствии с Положением о порядке составления и утверждения проектов кораблей от 21 марта 1911 г. В работе комиссии активное участие принимали командиры строящихся кораблей и корабельные офицеры — специалисты, назначенные на должности после спуска кораблей. При этом командиры входили в состав Совета командиров строящихся кораблей под председательством вице-адмирала Г.Ф. Цывинского, который привлекался ГУК для решения вопросов, связанных с управлением кораблем, якорными и швартовными устройствами, размещением личного состава и др.

После закладки главным строителем линкора "Гангут" был назначен корабельный инженер подполковник Л.Л. Коромальди, а наблюдающим за постройкой на Адмиралтейском заводе — корабельный инженер полковник Г.В. Свирский. Несколько позже, после спуска корабля, командиром "Гангута" назначили капитана 1 ранга Н.М. Григорова, который командовал линкором до 1915 г. Командирами линейных кораблей "Севастополь", "Полтава" и "Петропавловск" соответственно были назначены капитаны 1 ранга А.И. Бестужев-Рюмин, В.Е. Гревениц и В.К. Пилкин, а главными строителями — корабельные инженеры полковник Н.Н. Кутейников, подполковник В. А. Лютер и полковник В.В. Константинов. Наблюдение за постройкой кораблей на Балтийском заводе осуществлял полковник Р.А. Матросов.

Первоначально срок готовности линейных кораблей был назначен на первую половину 1914 г. Но стапельные работы на Адмиралтейском заводе продвигались медленно. После первого года строительства линкора "Гангут" стало ясно, что установленные сроки выдержаны не будут.

Параллельно со строительством кораблей шла разработка детальных чертежей. В связи с этим начальник Адмиралтейского завода обратился в МТК с вопросом, следует ли разрабатывать детальные чертежи в чертежной Адмиралтейского завода или они полностью будут поступать с Балтийского. По указанию председателя МТК корабельные инженеры и чертежники Адмиралтейского завода стали работать в помещении технического бюро Балтийского завода и выпускать чертежи для линкоров "Гангут" и "Полтава" одновременно с чертежами для "Севастополя" и "Петропавловска". В сентябре 1909 г. были закончены чертежи килевой балки, мидель-шпангоута, верхней, средней и нижней палуб, платформы, жилой палубы (кубрика), трюма и чертеж продольного разреза корабля. К январю 1910 г. в процессе разработки детальных чертежей перегрузка кораблей по корпусу достигала 150 т, а по механизмам — 200 т. К этому времени разработка детальных чертежей по корпусу была закончена. Но расчеты подкреплений под башенные установки еще не сделали.

Таким образом, из-за несвоевременной разработки по вине Морского ведомства проектов энергетической установки, артиллерийских башен уже спроектированный корпус пришлось приспосабливать к измененным габаритам и нагрузкам. Это, безусловно, снизило качество корабля в целом и повлияло на согласованность его отдельных элементов.

7 декабря 1909 г. Правление Балтийского и Адмиралтейского заводов сообщало в МТК. что "представление расчета подкреплений под башни задерживается до сего времени в связи с неполучением от Металлического завода чертежей погонов башни".

Ничего нового в темпе работ не принес и 1910 г. Стапельные работы по-прежнему продвигались медленно. К концу года степень готовности линейного корабля "Гангут" по массе корпуса без брони и снабжения составила лишь 36,0 %. Готовность остальных кораблей была несколько выше — 40-45 "/п. Техническое бюро Балтийского завода приступило к детальной разработке корабельных систем. В конце 1910г. МТК утвердил чертежи водоотливной, пожарной, осушительной систем, а также систем затопления и орошения артиллерийских погребов. В начале 1911 г. на линкоре "Гангут" и других кораблях начались испытания отсеков на водо- и нефтенепроницаемость.

Обеспокоенный столь медленными темпами строительства линкоров председатель Совета министров П.А. Столыпин еще в январе 1910г. обратился к морскому министру С.А. Воеводскому с конфиденциальным письмом, где предлагал представить точный график постройки и распределения израсходованных средств. Этот же вопрос был поднят 4 декабря 1910 г. на Совещании по судостроению его постоянным членом профессором Политехнического института К.П. Боклевским. Он предложил потребовать от Балтийского и Адмиралтейского заводов "подробно разработанный план постройки кораблей с указанием расхода отпущенных сумм, а также записок о ходе работ, дополнив их сведениями о времени готовности брони, артиллерии и механизмов". Такие планы были составлены, ежемесячно стали представляться и записки о степени готовности кораблей, но темпы строительства значительно возросли лишь после утверждения закона об ассигновании средств на достройку линейных кораблей в мае 1911 г.

25 февраля 1911г. Адмиралтейский завод заключил с Обществом Франко-Русских заводов договор на изготовление и установку на кораблях "Гангут" и "Полтава" паровых турбин, котлов и вспомогательных механизмов по конструкторской документации Балтийского завода. Для кораблей "Севастополь" и "Петропавловск" эти механизмы Балтийский завод изготавливал самостоятельно. Кроме этого, Франко-Русский завод в своих мастерских отливал гребные винты для двух линкоров.

Проектирование и постройка механизмов для линейных кораблей велись в соответствии с требованиями механического отдела МТК, изложенными в "Общих положениях изготовления деталей главных и вспомогательных механизмов и их сборки". Этот документ предусматривал широкую унификацию отдельных деталей и целых узлов. В положении, в частности, говорилось: "...Для возможности замены механизмов таковыми же, установленными на других судах того же класса, каждая турбина с ротором в собранном виде, валы и гребные винты, главные и вспомогательные холодильники, главнейшие клапаны в сборе, фланцы труб, где будет указано, и вспомогательные механизмы должны быть изготовлены по общим шаблонам и калибрам..." (Это впоследствии позволило использовать механизмы линкора "Михаил Фрунзе" для замены износившихся частей линейных кораблей "Марат", "Октябрьская революция" и "Парижская коммуна" при их восстановлении в 20-х гг.).

Начавшееся проектирование механизмов на Балтийском заводе сразу натолкнулось на ряд нерешенных вопросов, основным из которых было применение на новых линкорах дизель-генераторов и электродвигателей экономического хода (электродвижение). 2 апреля 1911 г. состоялось заседание МТК, посвященное этому вопросу. В его работе приняли участие А.Н. Крылов и И.Г. Бубнов, который подчеркнул экономичность электродвижения: "...Основной вопрос заключается в том, что на судне имеется 1000 т нефти, и гораздо экономичнее сжечь ее в дизеле, требующем 250 г на одну силу, нежели в котле, требующем 1000 г па силу. Если применение электродвижения окажется успешным, то всегда будет возможно заменить часть угля нефтью и тем повысить район действия. В нашем флоте нужны суда с нефтяным топливом, и мы будем к этому стремиться."

Практическая реализация электродвижения могла идти по двум направлениям: создание специальной муфты, разобщающей гребной вал и обеспечивающей подсоединение его к электродвигателям либо к турбинам, или сохранение гребного вала целым, но с холостым ходом турбин при работе электродвигателей. В первом случае сомнения присутствовавших вызывала возможность точного соединения валов на волнении при переходе от электродвигателей к турбинам, во втором случае — надежность лопаток при работе турбин вхолостую. Сомнения мог рассеять только эксперимент. Общее мнение выразил А.Н. Крылов: "...В общем все согласны, что применение электродвижения даст кораблю существенную выгоду, но встречает на пути ряд затруднений, которые не известно как обойти. Таким образом, вопрос стоит так: идти ли на опыт или отказаться от него..." Было ясно, что проводить эксперимент на четырех дорогостоящих линкорах нецелесообразно. Опыты перенесли на учебное судно "Рында".

В 1911 г. после отказа от электродвижения из девяти дизель-генераторов, ранее предусмотренных к установке на линкорах, решено было сохранить всего шесть, по три в носу и корме. При этом мощность кормовых снизили с 400 до 320 кВт, а трех носовых дизель-динамо — со 180 до 160 кВт. Позднее окончательно в качестве источников электроэнергии было установлено четыре турбогенератора и два дизель-генератора по 320 кВт каждый, а также три вспомогательных дизель-генератора по 120 кВт.

Летом 1911 г. специальная комиссия, в состав которой в качестве эксперта был включен А.Н. Крылов, осмотрела линкор "Гангут" и постановила сверлить дейдвудные отверстия. К этому времени закончились испытания отсеков на водо- и нефтенепроницаемость, корабль стали спешно готовить к спуску. Спусковая масса корабля приближалась к 8000 т и складывалась из массы установленных деталей стального корпуса (75 "/и полной массы), палубной брони (90 %), судовых систем (12 %) и минного вооружения (10%), а также из массы гребных валов, винтов, циркуляционных и котельных кингстонов. Но спуск "Гангута" задержался до сентября 1911 г., так как было приказано в первую очередь подготовить линкоры "Севастополь" и "Полтава".

Первым из четырех линейных кораблей 16 июня 1911 г. со стапеля Балтийского завода сошел линкор "Севастополь". В приказе по Морскому министерству за № 170 говорилось: "Новый мощный гигант "Севастополь" спущен сегодня на воду. Это первый броненосец возрождающегося русского боевого флота".

Спуск первого линейного корабля был обставлен торжественно. К 11 ч прибыли военный и морской министры. Огромная масса народа собралась у эллинга Балтийского завода. Правее его на Неве стал крейсер "Алмаз", а выше — канонерские лодки "Храбрый" и "Грозящий". Вот так описывал эти события журнал "Разведчик": "Когда по команде рабочие стали выбивать подпорки из-под броненосца и после нескольких минут томительного ожидания корабль плавно начал скользить к воде, несметное "ура", грохот салюта с военных судов и звуки гимна огласили воздух... Загремели якорные цепи, и один за другим были брошены якоря, которые задержали дальнейшее движение могучего корабля к противоположному берегу, где стоявшая толпа уже начала приходить в смятение, боясь, как бы разогнавшийся гигант не ударился в берег..."

Вслед за "Севастополем" были спущены "Полтава" и Петропавловск". После разборки спускового устройства "Полтавы" многие детали перенесли на стапель, где стоял линкор "Гангут".

22 сентября 1911 г. начальник Адмиралтейского завода А.И. Моисеев доложил главному инспектору кораблестроения, что работы по спусковому устройству линейного корабля "Гангут" будут закончены к пятнице 23 сентября. В этот день спусковое устройство осмотрела комиссия в составе генерал-майоров Н.И. Янковского, В.Х. Оффенберга и полковника А.Л. Коссова, признав его годным к спуску корабля.

"В субботу 24 сентября сего года в 11 ч утра имеет быть с верфи Адмиралтейского судостроительного завода спуск на воду линейного корабля "Гангут". Присутствующим при церемонии спуска следует быть в летней обыкновенной форме одежды...", — так было сказано в служебной записке, которую получили начальники отделов и управлений Морского министерства.

В 11 ч 30 мин "Гангут" удачно сошел со стапелей и стал на оба якоря. Церемония проходила более скромно, чем спуск линкора "Севастополь". Корабль на буксирах сразу же отвели в правый рукав р. Фонтанки, который использовался в качестве достроечного бассейна.

Однако ни системы, ни механизмы еще не были готовы к установке, поэтому темпы строительства резко снизились. Достаточно сказать, что за период с сентября по декабрь 1911 г. степень готовности корпуса по массе продвинулась всего лишь на 3 %, а готовность котлов и механизмов к концу года не превышала 3-5 %.

С наступлением 1912 г. на линкоре "Гангут" началась подготовка к установке артиллерийских башен, которые для него изготовлял Путиловский завод. Расчеты подкреплений под башенные установки были уже сделаны по данным Металлического завода. К концу марта 1912 г. на корабле заканчивался монтаж жестких барабанов. Рабочие Путиловского завода, прибывшие на линкор, устанавливали станки и оборудование для расточки горизонтального и вертикального потопов. Одновременно рабочие-адмиралтейцы приступили к установке броневых плит главного пояса по левому и правому бортам. Сроки получения брони были согласованы с Ижорским заводом. 25 февраля 1912 г. его начальник сообщил в ГУК очередность поставки брони на линкоры.

Во внутренних помещениях корабля рабочие приступили к оборудованию артиллерийских погребов. Но и здесь пришлось столкнуться с определенными трудностями. 25 февраля 1912г. начальник Адмиралтейского завода докладывал в ГУК: "... Чертежи (артиллерийских погребов) были утверждены 14 февраля 1912 г., и сейчас уже приступлено к работам по оборудованию погребов, но лишь снарядных. К оборудованию зарядных погребов приступить нельзя, так как до сих пор нет утвержденных чертежей и размеров наружных диаметров полузарядного футляра, без чего невозможно изготовлять чертежи стеллажей и сами стеллажи."

Подобных задержек в работе было так много, что администрация Адмиралтейского завода только в феврале 1912 г. уволила 150 рабочих "из-за отсутствия работы". Морское министерство не сумело организовать строительство линкоров так, чтобы в полной мере использовать производственные мощности казенных заводов.

В 1912 г. параллельно с работами по корпусу продолжалось проектирование отдельных устройств и конструкций линкоров. Артиллерийский отдел ГУК разработал технические условия на проектирование носовой и кормовой боевых рубок, а также броневых труб защиты проводов, броневых дверей и оборудования центральных артиллерийских постов. В это же время на Морском артиллерийском полигоне под наблюдением офицеров артиллерийского отдела ГУК проходили испытания стрельбой станки и 305-мм орудия Обуховского завода. В начале 1912 г. стало известно, что на вооружение принят новый 305-мм снаряд "образца 1911 г.", который отличался по массе и размерам. Это повлекло полную переработку чертежей оборудования снарядных погребов, а также устройств погрузки и подачи (талей, храп-ковшей, рельсов и др.).

В течение 1912 г. были разработаны технические условия и чертежи броневых колпаков плутонговых командиров 120-мм артиллерии. Тогда же были окончательно решены все вопросы, связанные с системой аэрорефрижерации артиллерийских погребов. Расчет проводился для следующих условий: температура наружного воздуха 25 °С, морской воды 20°, температура внутри башен и погребов не выше 25 °С. Холодильные машины системы Вестингауз-Леблан и арматуру изготовлял завод Лесснера.

К концу декабря 1912г. Франко-Русский завод из всех механизмов для линкора "Гангут", заказанных ему, изготовил лишь главные и вспомогательные холодильники и циркуляционные помпы. В 1913 г. были готовы и погружены на корабль котлы, главные и вспомогательные механизмы, артиллерийские орудия, установлена бортовая и башенная броня, смонтированы боевые рубки и дымовые трубы, мачты и мостики. Закончились работы по корпусу — положен деревянный настил верхней палубы. В первой половине 1914 г. были изготовлены башенные установки для линкора.