Корабли Подводные лодки Морская авиация Вооружение История Статьи и заметки Новости Разное

А.В. Платонов. Советские мониторы, канонерские лодки и бронекатера. Часть II.

Приложения II : Финские броненосцы береговой обороны

Самыми крупными кораблями ВМС Финляндии являлись два однотипных броненосца береговой обороны Ilmarinen и Vainamoinen. Строились они во исполнение первого закона о флоте, принятого 30 октября 1927 года. Понимая, что строительство столь дорогих кораблей из-за финансовых трудностей в обозримом будущем вряд ли можно будет повторить, финны подошли к выбору проекта очень тщательно. В то время броненосцы береговой обороны уже были редкостью, и большинство из них принадлежало скандинавским странам, опыт которых был внимательно изучен. Свои предложения представили фирмы и других государств, например, Италии. Однако предпочтение отдали германо-голландской фирме «N V Ingenieurskantoor voor Seheepsbouw», которая положила в основу своего проекта германскую идею «карманного линкора» — быть сильнее любого «типичного представителя» флота противника и всегда иметь возможность уйти от немногих более мощных кораблей. У «карманных линкоров» первое достигалось большей огневой мощью по сравнению с любым британским крейсером, а второе - превосходством в скорости над линейными кораблями того времени в совокупности со способностью более длительно действовать без дозаправки топливом. Применительно к Финскому заливу эта концепция требовала огневого превосходства над советскими кораблями классов крейсер - канонерская лодка, которые. могли иметь на вооружении 152-мм артиллерию. Что касается уклонения от советских линкоров, то здесь ставка делалась не на скорость, а... на шхеры. Будущие броненосцы должны были по своим размерам и маневренным качествам легко пользоваться шхерными фарватерами, куда не могли проникнуть более крупные корабли.

К концу 20-х годов в советский Балтийский флот входил всего один крейсер Аврора с 152-мм артиллерией, второй крейсер Профинтерн имел 130-мм орудия. Все это делало достаточным вооружение будущих финских броненосцев 210-мм артиллерией, как это было у большинства скандинавских «одноклассников». Однако уже тогда просочилась информация, что в Советском Союзе одни из крейсеров будет вооружен четырьмя 180-мм пушками. Этот факт, а также то, что в береговой артиллерии Финляндии со времен Первой мировой войны имелись 245-мм орудия с длиной ствола в 45 калибров, предрешили выбор главной артиллерии броненосцев. Она включала в себя две двухорудийные башни с 245-мм пушками с длиной ствола в 45 калибров производства шведской фирмы «Bofors». Эти орудия имели раздельно гильзовое заряжание, скрепленный ствол и лейнер живучестью в 400 выстрелов. Максимальный угол возвышения достигал 45°, а снижения - 10°. Скорострельность составляла 2 выстрела в минуту при угле возвышения менее 15° и 1,67 выстрелов в минуту при больших углах. Башни и орудия имели электрическое (скорость 5%) и ручное наведение (скорость по горизонтали 0,3% и по вертикали - 0,25%). За-бронированность башен главного калибра нужно признать скорее крейсерской, нежели броненосца береговой обороны: лобовые плиты, задняя стенка и барбеты - 100 мм, крыша - 75 мм и боковые плиты - 55 мм. Это можно объяснить концепцией корабля, которая предполагала уклонения от боя с линейными кораблями, а артиллерийская дуэль с береговыми батареями крупного калибра, по-видимому, считалась маловероятной.

В четырех артиллерийских погребах, по два на каждую башню, находилось 260 снарядов и 273 заряда. Размещались погреба в нос и в корму относительно барбета, что должно было не допустить попадания форса огня в боезапас при разрыве  снаряда противника внутри башни. В этом случае могли сдетонировать или воспламениться только те выстрела, что находились непосредственно в трактах подачи. Внутри барбета имелось подбашенное отделение с элеваторами подачи на каждый ствол. Элеватор представлял собой шахту, в которой с помощью лебедки перемещались два лотка - один для заряда, а второй для снаряда. Подбашенное отделение отделялось от погребов специальными противопожарными крышками. Они автоматически закрывались, как только начинался процесс подачи выстрелов в башню и заряжание. Каждый погреб имел два этажа: на верхнем размещались заряды, а на нижнем - снаряды. Здесь видно германское влияние, так как в других странах снарядные погреба размещались выше зарядных. Это мотивировалось тем, что снаряды более подвержены детонации, но менее горючи по сравнению с зарядами. По этой причине снаряды старались убрать подальше от эпицентров подводных взрывов, как возможных источников детонации, а заряды - от возможных эпицентров разрывов снарядов противника, как наиболее вероятных источниках пожаров. К тому же более низко расположенные погреба всегда быстрее затапливались, что не маловажно при воспламенении зарядов. В данном случае взаимное расположением погребов нельзя считать удачным хотя бы по той причине, что из-за малой высоты корпуса корабля (в среднем 7,8 м) зарядные погреба на половину оказались выше ватерлинии. Таким образом, во-первых, они стали более уязвимы от артиллерийского огня противника. Во-вторых, теперь стало невозможным их затопление. Правда, имелась система орошения забортной водой через пожарную магистраль. Впрочем, и система затопления снарядных погребов оказалась малоэффективной из-за большого работного времени - 30 минут. Позже, по мере усиления зенитной артиллерии, понадобились дополнительные хранилища для 40- и 20-мм боезапаса. Поскольку резервных помещений на корабле не осталось, то под него переоборудовали кормовой снарядный погреб главного калибра, присвоив ему № 9. В боекомплект главного калибра входили бронебойные, фугасные, осколочно-фугасные и практические снаряды весом по 225 кг в комплектации боевыми (начальная скорость 850 м/с) и уменьшенными (начальная скорость 725 м/с) зарядами. Максимальная дальность стрельбы с боевым зарядом составляла 169,9 кб, а уменьшенным - 157 кб. Схема приборов управления разработала голландская фирма «Хацемейр». Все приборы и агрегаты размещались в пяти постах: боевая рубка, визирное отделение фор-марса, дальномерное отделение фор-марса, центральный артиллерийский пост, агрегатный пост. В боевой рубке располагался главный командный пункт артиллерии. Отсюда первый артиллерийский офицер осуществлял управление всей артиллерией корабля, а при необходимости мог лично управлять огнем главного и вспомогательного калибра по морской или береговой цели. В его распоряжении, кроме визира центральной наводки, имелся 6-м дальномер фирмы «Цейс» с опущенной оптикой. Последнее означало, что на крыше боевой рубки находился только сам дальномер, а все органы его управления, а также окуляры были выведены в боевую рубку. Таким образом, им мог пользоваться не только первый артиллерийский офицер, но и командир корабля. Дальномер обеспечивал замер дистанции от 2500 до 50 000 м и имел увеличение от 18 до 28 крат. Точно такой по оптическим характеристикам дальномер находился на фор-марсе на высоте 26,8 м. Он размещался в специальной рубке, где находились его наводчик и дальномерщик. Второй артиллерийский офицер, он же управляющий огнем главного калибра, располагался над дальномерной рубкой в специальном визирном посту. В его распоряжении находились визир центральной наводки, датчики корректур прицела и целика, замыкатель сигналов «Товсь» и «Залп». Визир имел три оптические системы, две из которых обеспечивали его горизонтальное и вертикальное наведение. Третья система предназначалась непосредственно для управляющего огнем. Она имела увеличение от 5 до 25 крат при угле зрения 10°-2°. Визир имел переключатель, позволявший переводить его в режим поиска цели, когда увеличение составляло всего от 2 до 5 крат, зато угол зрения увеличивался до 40°-10°. Все это, а также наличие специальной телефонной связи, позволяло второму артиллерийскому офицеру управлять огнем даже при выходе из строя приборов центрального артиллерийского поста. Расположение управляющего огнем на высоте 30,1 м над уровнем моря обеспечивало в условиях хорошей видимости обнаружение крейсера на дистанциях 130—140 кб и управление огнем главного калибра на дистанциях более 110 кб. Кроме этого, сама архитектура корабля хорошо учитывала шхерный характер районов возможных боевых действий, когда броненосец мог укрываться за невысокими островами и над ними возвышалась бы лишь мачта с постом управляющего огнем, которую на фоне других островов обнаружить было довольно сложно. В центральном артиллерийском посту, расположенном ниже ватерлинии, находились три, так называемых, стола - геометрический (вырабатывал горизонтальные углы наведения), баллистический и дистанции (совместно вырабатывали вертикальные углы наведения). Кроме этого там имелись: прибор средней дальномерной дистанции (он усреднял данные при работе по одной цели двух дальномеров), прибор величины изменения пеленга, а также различные переключатели, обеспечивающие коммутацию линий связи. Счетно-решающая часть вырабатывала данные стрельбы на дистанциях до 167 кб при скорости цели до 40 узлов. Схема приборов управления обеспечивала стрельбу по измеренным отклонениям на ходу по видимой морской цели, по временно скрывающейся цели, по видимой береговой цели, а также по невидимой береговой цели с неподвижной огневой позиции. Точное удержание своего места на огневой позиции осуществлялось за счет двух 3-тонных носовых и одного 1,5-тонного кормового якорей. Специальные приборы для стрельбы по невидимой береговой цели на ходу отсутствовали, что являлось явным недостатком исходя из предназначения корабля. Для стрельбы на самоуправлении башни имели по два монокулярных прицела, но какие-либо башенные автоматы стрельбы отсутствовали.

Вспомогательный калибр броненосцев состоял из четырех спаренных 105-мм артиллерийских установок фирмы «Bofors», прикрытых 12-мм броневыми щитами. Первоначально основным предназначением этой артиллерии являлось отражение атак торпедных катеров и миноносцев, а также стрельба по видимый береговым целям. Однако в ходе модернизации 1938 г. орудийные станки дорабатываются, что позволило увеличить угол возвышения стволов до 85°, и на корабле монтируют приборы управления стрельбой по воздушным целям. Таким образом, 105-мм калибр становится универсальным. Для того времени - большая редкость. Правда, отсутствовала стабилизация и электрические привода наведения 105-мм орудий, но учитывая, что корабль предполагалось применять, прежде всего, в шхерах, то есть на тихой воде, то эти изъяны принципиального значения не имели. На крыльях ходового мостика имелись два ВЦУЗа (визир целеуказания зенитный), которые, взяв на сопровождение обнаруженную воздушную цель, выдавали текущие угловые координаты на нее третьему артиллерийскому офицеру, располагавшемуся в стабилизированном посту наводки. Пост имел силовую стабилизацию по углу рысканья корабля и ручную по оси цапф. Находящиеся в нем визир управляющего огнем и 4-м дальномер стабилизировались по углу крена в плоскости визирования. Дальномер обеспечивал замер дальности до цели на дистанциях до 25 000 м. Все данные из стабилизированного поста наводки поступали в центральный зенитный артиллерийский пост, где находился центральный счетно-решающий прибор, вырабатывавший вектор скорости цели за 30 с. Стрельба обеспечивалась по целям на дистанциях до 17 600 м, на высотах до 8000 м при их скорости до 130 м/с. Причем, при угле места цели более 10°, работала, так называемая зенитная схема, а при меньшем угле места - морская. Схема стрельбы обеспечивала центральную и прицельную наводку 105-мм орудий, а также прицельную наводку одноствольных 40-мм зенитных автоматов по воздушной цели, по видимым морской и береговой целям, по временно скрывающейся морской цели, а также по невидимой береговой цели, но только с неподвижной огневой позиции. Существовала и резервная схема стрельбы, обеспечивавшая стрельбы по морским и береговым целям, но там скорость цели не вырабатывалась счетно-решающим прибором, а назначалась управляющим огнем. Соответственно, если при работе основной схемы использовался способ по измеренным отклонениям, то при работе резервной — по наблюдению знаков падений.

105-мм орудия с длиной ствола в 50 калибров имели скорострельность 12 выстрелов в минуту, дальность стрельбы 102 кб и досягаемость по высоте 11 400 м. Все это делало универсальный калибр броненосцев мощным и действенным оружием противовоздушной обороны. Пожалуй, общую картину портило только отсутствие дистанционного управления артиллерийскими установками и вообще наличие только ручных приводов наведения орудий. Следствием этого стали малые скорости наведения - 9°/с горизонтальное и 87с вертикальное, а это, в свою очередь, затруднило сопровождение воздушных целей, особенно скоростных, летящих с параметром, то есть не прямо на корабль. Дело в том, что калибр 105 мм позволяет использовать артиллерию не только для самообороны, но и для коллективной обороны, для прикрытия других судов и кораблей, идущих в едином боевом или походном ордере. Именно в этом и заключается суть всевозможных кораблей ПВО периода Второй мировой войны. Так вот малые скорости наведения артиллерийских установок как раз и делали малоэффективной стрельбу по воздушным целям, атакующим другие корабли и суда.

В четырех погребах хранилось 1309 105-мм унитарных выстрелов. В боекомплект входили осколочно-фугасный снаряд весом 16,1 кг, дистанционная граната весом 16,8 кг, парашютный осветительный снаряд весом 14,4 кг, а также практический снаряд весом 16 кг. Начальная скорость осколочно-фугасного снаряда и дистанционной гранаты составляла 800 м/с и максимальная дальность стрельбы -18 700 м. Бортовые погреба располагались на втором дне ниже ватерлинии, а вот носовой и кормовой погреба находились на платформе и наполовину оказались выше ватерлинии.

Зенитный калибр броненосцев вначале представляли четыре 40-мм зенитных автомата фирмы «Vickers» и два 20-мм фирмы «Madsen». Однако установка фирмы «Vickers», хоть и теоретически имела очень высокую скорострельность - более 200 выстрелов в минуту, но оказалась мало надежной и мела дальность стрельбы всего 4,5 км. По этой причине в 1940 году их заменили 40-мм зенитными автоматами фирмы «Bofors»: двумя одноствольными и одним спаренным. При скорострельности 120 выстрелов в минуту они имели дальность стрельбы 6000 м, а досягаемость по высоте - 4000 м. Их максимальный угол возвышения составлял 90°. Спаренный 40-мм автомат располагался на носовой надстройке на 14,7 м выше ватерлинии. Он имел свои приборы управления стрельбой и 2-м дальномер, размещавшиеся на одной стабилизированной площадке вместе с самими орудиями. Силовая стабилизация осуществлялась по двум осям, а по оси цапф применялась ручная, что вместе обеспечивало отработку углов килевой и бортовой качки до 10°. Счетно-решающий прибор вырабатывал данные для стрельбы на дистанциях до 5000 м, высотах до 3500 м и скорости цели до 130 м/с. Кроме этого, 40-мм автоматы имели калиматорные прицелы. В боекомплект входили 3200 осколочно-трассирующих унитарных выстрелов с начальной скоростью 850 м/с и самоликвидатором на дистанции 5200 м.

20-мм зенитный автомат фирмы «Madsen» имел кольцевой прицел, и при начальной скорости снаряда 890 м/с обладал максимальной дальностью стрельбы 3000 м, а досягаемостью по высоте - 2000 м. Со временем количество 20-мм автоматов росло и к моменту выхода Финляндии из войны в 1944 году достигло восьми. Из них два на крыльях мостика были спаренными, а остальные одноствольными. К тому времени боекомплект составил 16 000 выстрелов, и часть его пришлось разместить в кормовом снарядном погребе главного калибра.

В целом можно признать, что финские броненосцы являлись хорошо сбалансированными по наступательным и оборонительным элементам кораблями. Например, по противовоздушным возможностям они явно превосходили даже появившиеся значительно позже советские крейсеры типа Максим Горький. Что касается наступательных возможностей, то вес минутного огня главного калибра того же Максима Горького составлял 4,38 т/мин, а для финского броненосца - менее 1,8 т/мин. Однако, если бы встреча произошла не в открытом море, а где-нибудь в шхерном районе, то превосходство советского крейсера могло быть не столь очевидным из-за стесненности в маневрировании и сложности поражения цели среди островов.

Головной броненосец Vainamoinen заложили 20 декабря 1930 года в Турку на верфи фирмы «Crichton-Vulkan». Через полгода, 9 июля 1931 года, там же заложили второй корабль - Ilmarinen. Их стандартное водоизмещение составляло 3528 т, нормальное - 3900 т и полное - 4030 т. В ходе службы водоизмещение непрерывно возрастало и, например, у Ilmarinen в 1957 году стандартное достигло 4020 т, нормальное - 4113 т, а полное 4230 т. При наибольшей длине 93 м (по ватерлинии -90 м) и ширине 17,4 м, осадка при полном водоизмещении равнялась 4,5 м (в 1957 году - 4,71 м). Корпус ледокольного типа делился на восемь водонепроницаемых отсеков, из которых IV, V, VI и VII имели второе дно. Выше располагалась платформа (в первых двух отсеках она отсутствовала), затем главная броневая и верхняя палубы. Водонепроницаемые переборки доходили только до уровня главной броневой палубы, на которой, в основном располагались жилые и бытовые помещения. Первый водонепроницаемый отсек занимала балластная цистерна, второй - цепной ящик, а третий - также балластная цистерна, над которой находилось шпилевое отделение. В четвертом и седьмом отсеках размещались подбашенные отделения главного калибра. В нос и корму от них - погреба: на втором дне снарядные, над ними, на платформе - зарядные. Единственное отличие, заключалось в том, что кормовой снарядный погреб N 8, был переоборудован для хранения 40-и 20-мм боезапаса в цинках и получил № 9. В пятом отсеке на втором дне находились центральный артиллерийский и центральный зенитный артиллерийские посты, центральный штурманский пост с двумя гирокомпасами, пост живучести, два носовых дизель-генератора, а также два погреба 105-мм боезапаса № 4 и № 5. Над ними, на платформе, располагались погреб 105-мм боезапаса № 3 и помещение преобразователей. В шестом отсеке на втором дне размещались кормовые дизель-генераторы и гребные электродвигатели, а также распределительные электрощиты. Над ними, на платформе находились помещение вспомогательного электрощита и погреб 105-мм боезапаса № 6. В восьмом отсеке имелись балластная цистерна и румпельное отделение.

Финские шхеры требовали от энергетической установки, с одной стороны, больших тяговых усилий связанных с необходимостью плавания в ледовых условиях, а с другой стороны - высокой маневренности. Поэтому главная энергетическая установка корабля являлась двухвальной дизель-электрической. Это позволяло, например, работать с одинаковой нагрузкой как на передний, так и на задний ход, причем задним ходом корабль мог идти как угодно долго. При изменении хода с самого полного вперед на самый полный назад, броненосец до полной остановки за две с половиной минуты проходил всего 240 м. При этом радиус циркуляции составлял не более двух длин корабля.

Двухъякорные гребные электродвигатели мощностью по 2x700 kW могли, в зависимости от обстановки, иметь три схемы питания. Первая соответствовала полному ходу 14,5 узлов, в этом случае работали все четыре дизель-генератора, на электродвигатели поступало 500 v и они развивали по 180 об/мин. Вторая схема соответствовала среднему ходу 11 узлов, при этом работали только два дизель-генератора, на электродвигатели поступало 250 v, и они развивали по 140 об/мин. Третья схема соответствовала малому ходу 9 узлов, при этом работал дизель-генератор № 3 или № 4, на электродвигатель поступало 125 v, и они развивали по 110 об/мин. Дело в том, что носовые дизеля имели одноякорные генераторы мощностью по 700 kW, а кормовые имели двухъякорные генераторы мощностью 2x350 kW, поэтому при работе энергетической установки по третьей схеме, один электродвигатель запитывался от первого якоря, а другой электродвигатель - от второго. Четырехтактные бескомпрессорные шестицилиндровые дизеля с наддувом развивали мощность 1400 л.с. каждый.

Все наиболее жизненно важные части корабля, включая погреба боезапаса и главную энергетическую установку, прикрывались 55-мм главным бортовым поясом, 30-мм главной броневой палубой и 30-мм траверзами. Выше главного броневого пояса располагался 20-мм пояс, прикрывавший борт до 15-мм верхней палубы. Боевая рубка с бортов имела 100-мм броню, а сверху — 75-мм. Кроме этого существовала 30-мм продольная противоторпедная переборка.

Благополучно пережив Советско-финляндскую войну 1939—40 гг., когда броненосцы простояли, выкрашенные в белый цвет, недалеко от Турку, начало Великой Отечественной войны они отметили повышенной активностью. В частности в сентябре 1941 года, покинув родные шхеры, броненосцы участвовали в операции против острова Даго. Удар пришелся по пустому месту, но на возвращении Ilmarinen подорвался на минах и, опрокинувшись, быстро затонул. При этом погибло 271 человек. Оставшийся броненосец ушел в шхеры, и более за всю войну применения ему не нашлось. Советский Балтийский флот был заперт в восточной части Финского залива, а использовать Vainamoinen для поддержки приморского фланга финское командование не хотело - имелись реальные шансы его потери от ударов, например, авиации. В этих условиях решили, что Vainamoinen принесет гораздо больше пользы самим фактом своего существования, чем фактическими боевыми действиями. Так и получилось: Vainamoinen постоянно отвлекал на себя ресурсы авиации Балтийского флота, единственной реально существовавшей тогда советской ударной силы на море. Наконец в июле 1944 года Vainamoinen выследили в порту Котка и 12 июля по нему нанесли удар 30 бомбардировщиков «Пе-2», однако попаданий они не достигли. Тогда спланировали целую операцию с привлечением 132 самолетов различных типов. В результате попадания двух 1000-кг и двух 250-кг бомб цель затонула. Правда, позже выяснилось, что Vainamoinen цел и невредим, а 16 июля 1944 года в Котке потопили германскую плавучую зенитную батарею Ниобе, переоборудованную из голландского крейсера постройки конца XIX века.

В соответствии со статьей 4 Соглашения между СССР и Финляндией от 3 февраля 1947 года, об использовании перешедших Советскому Союзу бывших германских денежных активов, СССР купил Vainamoinen. С 1 марта 1947 года производилась приемка корабля, а 24 марта на него заселился советский экипаж. На другой день на броненосце подняли Военно-морской флаг Советского Союза. 24 апреля корабль получил новое название — Выборг. 29 мая, в присутствии финских специалистов, прошли ходовые испытания с отстрелом всей артиллерии. По их результатам в 23.00 подписали акт о приеме корабля советской стороной. 7 июня он перешел к месту постоянного базирования в военно-морскую базу Порккала-Удд. Дальнейшую службу Выборг, переклассифицированный в морской монитор, проходил в этой базе, а затем в Кронштадте.

В 1953 году корабль встал в средний ремонт в Талине. В ходе его Выборгу заменили стальные винты на латунные, главные дизеля марки 39/42Р фирмы «Крупп» на аналогичные марки 46аб той же фирмы, вспомогательные дизель-генераторы, обмотки размагничивания; установили новую радиоаппаратуру и навигационную радиолокационную станцию «Нептун». В 1957 году корабль вышел из ремонта, но с ноября 1958 года по ноябрь 1959 года его поставили на холодное хранение, а затем законсервировали и вывели в резерв. Там он находился до 25 февраля 1966 года, когда Выборг разоружили и сдали для разборки на металл.

Морским монитором Выборг под советским флагом командовали: с 24.03.1947 г. - Негода Григорий Пудович; с 22.02.1948 г. - Ротинов Николай Николаевич; с 15.12.1949 г. - Вакуленко Михаил Андрианович; с 7.02.1952 г. - Борисов Гавриил Гавриилович; с 6.07.1953 г. - Толстой Владимир Устинович; с 16.12.1954 г. - Давидюк Александр Петрович; с 1.10.1957 г. - Калугин Анатолий Михайлович; с 7.09.1961 г. - Калинин Виктор Федорович; с 18.10.1963 г. - Антоненко Константин Георгиевич; с 2.07.1964 г. - Кохановский Леонтий Викторович; с 18.02.1966 г. - Смирнов Игорь Петрович.