Корабли Подводные лодки Морская авиация Вооружение История Статьи и заметки Новости Разное

Броненосный крейсер «Адмирал Нахимов»

Проект

Задание Морскому техническому комитету (МТК) на проектирование нового броненосного корабля крейсерского назначения, который следовало построить в рамках программы 1881 года, управляющий Морским министерством вице-адмирал И.А.Шестаков сформулировал 18 мая 1882 года (здесь и далее даты по старому стилю). По его требованию новый корабль должен был иметь броню по ватерлинии (ВЛ) не менее 10 дюймов (254 мм), артиллерию главного калибра (ГК) 11 дюймов (280 мм), большой запас угля, скорость хода не менее 15 узлов, осадку не более 26 футов (7,92 м) и полное парусное вооружение. В качестве возможных прототипов МТК рассмотрел английский броненосный крейсер «Нельсон» постройки 1874 — 1881 годов (7630 т, 14 уз., 4 254-мм и 8 229-мм орудий в батарее, неполный 254-мм пояс по ВЛ и бронепалуба в оконечностях, защита орудий ГК 229 мм); строящийся в Англии бразильский броненосец «Риачуэло» (5610 т, 16,7 уз., неполный пояс 280— 178 мм, 4 234-мм орудия в двух башнях с броней 254 мм, 6 140-мм пушек) и английский броненосный крейсер «Имперьюз», заложенный в августе 1881 года (7400 т, 16 уз., 4 234-мм орудия в барбетных установках со щитами и 10 152-мм орудий в батарее, 254-мм неполный пояс по ВЛ, карапасная бронепалуба в оконечностях). Последний, сочетавший мощное вооружение, хорошее бронирование, высокую скорость и большой запас угля, привлек внимание русских специалистов.

Однотипные «Имперьюз» и «Уорспайт» среди современных английских кораблей резко выделялись расположением артиллерии и формой корпуса. Чтобы понять причину появления во флоте «владычицы морей» столь необычных для него кораблей, в которых заметно проглядывало французское влияние, следует вернуться к 1880 году, когда Совет Адмиралтейства признал необходимость закладки нескольких броненосцев 2-го класса для службы в дальних морях, где значительное беспокойство Англии могли доставить русские броненосные крейсера. Учитывая, что новым кораблям во время военных действий придется вести не эскадренный бой, а одиночные дуэли, для них решили применить «французскую» систему расположения ГК — ромбом (по одному орудию в оконечностях и по одному с каждого борта). Теоретически это позволяло сконцентрировать в любом направлении огонь трех орудии, тогда как традиционная «британская» система обеспечивала бортовой залп из четырех орудий, но в нос и корму могли стрелять только два. Заложенные в 1881 году «Имперьюз» и «Уорспайт» официально числились как «барбетные корабли со стальным бронированием», но среди английских моряков они считались «белыми слонами» (аналог нашей «белой вороны»). Кроме необычного для флота «владычицы морей» расположения орудий и формы корпуса с заваленными вверху бортами, эта пара странным образом сочетала длинноствольные казнозарядные орудия и полную парусную оснастку. Британский адмирал сэр Джон Коммерел считал их «самыми неудачными из современных кораблей, плохо спроектированными, плохо построенными и абсолютно опасными»... для собственного экипажа. Возможно, это была и слишком резкая критика, но ни одного положительного отзыва об этих кораблях в документах того времени не нашлось. После переклассификации в «защищенные крейсера» (protected cruisers — так англичане называли свои бронепалубные крейсера в отличие от броненосных — belted cruisers) их снисходительно называли «полезными флагманскими кораблями на дальних станциях». Известный английский историк О.Парке писал: «Лучшее, что может быть сказано об «Имперьюз» и «Уорспайт», так это то, что они могли давать бортовой залп из трех 9,2-дюймовых и пяти 6-дюймовых орудий на скорости 16 узлов».

Специалисты МТК, загипнотизированные отличными проектными элементами «Имперьюз», выбрали именно этот корабль в качестве прототипа. Привлекало также разнесение орудий главного калибра далеко друг от друга, что повышало его живучесть, и наличие полной парусной оснастки. Последнее наряду с деревянной и медной обшивкой подводной части корпуса продолжало считаться обязательным для русских крейсеров, вынужденных из-за отсутствия угольных и ремонтных баз вне метрополии совершать длительные переходы без докования и догрузки угля.

Проект на основе «Имперьюз» подготовили очень быстро и 19 ноября 1882 года его утвердили. Если бы в МТК дождались хотя бы спуска «Имперьюз», который состоялся за сутки до начала работ на стапеле Балтийского завода, то там, возможно, изменили бы свое высокое мнение об этом корабле. Английский крейсер не имел запаса водоизмещения, поэтому, когда по требованию Совета на нем увеличили на 500 т нормальный запас угля, поставили более тяжелые орудия новых систем, увеличили экипаж на 84 человека при соответствующем увеличении запасов снабжения и добавили еще 10 т парусной оснастки, осадка возросла настолько, что броневой пояс при нормальной нагрузке возвышался над водой всего на 0,36 м — почти в 3 раза меньше проектного значения. До критического предела снизилась и остойчивость. Сказалась также строительная перегрузка, в целом нехарактерная для английского кораблестроения. Чтобы хоть как-то компенсировать увеличение осадки, пришлось на 0,3 м увеличить толщину деревянной обшивки по ВЛ. В результате водоизмещение корабля получилось 8500 т вместо проектных 7400 т, а боевые и мореходные качества «Имперьюз» уже тогда вызвали беспокойство у лордов Адмиралтейства.

По сравнению с прототипом на новом русском корабле предусматривалось увеличение диаметра барбетов на 1,5 м, чтобы они могли вместить 229-мм орудия Обуховского завода. (Установить 280-мм пушки не удавалось по весовым соображениям, к тому же орудия этого калибра системы 1877 года оказались неудачными и в серийное производство не пошли.) Это сразу привело к увеличению водоизмещения на 105 т. Изменялось и расположение машинно-котельной установки, проект которой разрабатывался в Управлении главного инженер-механика флота генерал-майора А.И.Соколова. Желание сохранить отработанные на Балтийском заводе паровые машины двойного расширения и цилиндрические котлы (завод в 1882 году изготовил такие механизмы для крейсера «Владимир Мономах» и заканчивал машину для «Дмитрия Донского») заставило увеличить размеры машинного и котельных отделений (МКО), что повлекло за собой удлинение броневого пояса. Просторные МКО, с одной стороны, облегчали обслуживание механизмов, но, с другой стороны, их большие объемы и отсутствие в них водонепроницаемых переборок снижали живучесть корабля. Зато перенос в корму машинного отделения, на прототипе расположенного между котельными, позволил обойтись одной дымовой трубой. В полтора раза увеличивался запас угля, а суммарная дополнительная нагрузка в 390 т подняла проектное водоизмещение до 7782 т. Длина корпуса возросла на 1,83 м, осадка на 0,1 м.

Уже в ходе постройки, в январе 1885 года, когда выявилась задержка с разработкой современного станка с коротким откатом для 229-мм орудий образца 1877 года, решили установить в барбетах по два 203-мм орудия образца 1884 года, для которых имелись станки Вавассера. Перевооружение повышало вес бортового залпа и скорострельность артиллерии ГК и позволяло уменьшить диаметр барбетов с 7,62 до 7,0 м, что при облегчении оконечностей давало надежду на улучшение мореходных качеств корабля. Новые чертежи барбетных установок, получивших также тонкое круговое бронирование, пришлось разрабатывать уже строителю «Адмирала Нахимова» — корабельному инженеру полковнику Н.А.Самойлову, впоследствии главному инспектору кораблестроения.