Корабли Подводные лодки Морская авиация Вооружение История Статьи и заметки Новости Разное

П.И. Качур, А.Б. Морин. Лидеры эскадренных миноносцев ВМФ СССР

«Ленинград»

Полноценная служба лидера «Ленинград» началась в июле 1938 года, когда он отошел от достроечной стенки завода № 190. Через год, в июле 1939 года, корабль принял участие в учениях флота — в составе эскадры выходил из Кронштадта до траверза острова Готланд, где корабли отрабатывали задачи совместного плавания.

31 июля 1939 года он снова встал на ремонт после того, как во время похода на скорости 1 8 уз у него стали выходить из строя трубки главного котла № 2. Во время ремонта на заводе сменили 732 трубки — старые оказались дефектными и, к тому же, неудовлетворительно смонтированными.

К началу Второй мировой войны «Ленинград» был вновь введен в кампанию и включен в состав Отряда легких сил (ОЛС) КБФ. Необходимо хорошо представлять себе, что в действительности лидеры вступили встрой в 1938 году (ведь, по существу, нельзя считать официальное вступление в строй лидера «Ленинград» в 1 936 году без части артиллерийского вооружения, системы ПУС и других устройств). К тому же, из-за слабой оперативно-тактической подготовки комсостава и недостаточного освоения новой техники (особенно ПУС) корабли ОЛС (в том числе лидеры) по боевой подготовке находились на довольно низком уровне. Так, начальник Управления боевой подготовки ВМФ флагман флота 2 ранга Ю.Ф.Ралль осторожно отметил, что эти корабли готовы лишь «к решению огневых и торпедных атак в простых условиях, минным постановкам в дневных условиях и к несению дозора». В итоге все корабли ОЛС по уровню боевой подготовки были отнесены ко 2-й линии.

Советское командование допускало большую вероятность появления иностранных (в первую очередь польских) подводных лодок в территориальных водах Советского Союза. Поводом для таких опасений послужил внезапный уход 11 сентября 1939 года из Таллинской гавани интернированной там эстонскими властями подводной лодки ВМС Польши «Orzel».

Чтобы «обозначить» участие в операции по занятию Западной Украины и Западной Белоруссии, надводные силы КБФ перешли к активным действиям, произведя с 19 по 23 сентября 1939 года полномасштабный поиск польских подводных лодок по всему Финскому заливу вплоть до Ирбенского пролива (между меридианами 29° и 22°), который возглавил заместитель наркома ВМФ флагман флота 2 ранга И.С.Исаков. Командир ОЛС капитан 1 ранга Б.П.Птохов разрешил «в целях преследования обнаруженных подводных лодок нарушать территориальные воды Эстонии». В поиске принимали участие корабли ОЛС, в том числе, лидер «Ленинград» (командир — капитан 3 ранга С.Д.Солоухин).

С 24 по 26 сентября лидер вместе с эсминцем «Стремительный» производил поиск подводных лодок в районах южного берега залива (у побережья Эстонии), а также в западной части Рижского залива. Советские корабли вели себя весьма агрессивно: 24 сентября при осмотре эстонской бухты Ерулахт, что в нескольких километрах восточнее Таллина, в 13 ч 30 мин (по другим данным в 14 ч 29 мин) в глубине бухты был обнаружен подозрительный силуэт, похожий на подводную лодку. Лидер «Ленинград», войдя в территориальные воды Эстонии, произвел три двухорудийных залпа с дистанции 60 кб в сторону Ерусской бухты. Все залпы легли недолетом. После этого корабль повернул и вышел из бухты, обстреляв из крупнокалиберного пулемета катера, появившиеся с левого борта. Официальной мотивировкой этих действий стал «обстрел секретной базы польских подводных лодок». 26 сентября к 22 ч корабли вернулись в Кронштадт.

5 октября 1939 года между СССР и Латвией был заключен пакт о взаимопомощи, по которому советское командование получило право создать в Лиепае и Вентспилсе свои военно-морские базы. 15 октября нарком ВМФ Н.Г.Кузнецов утвердил своим приказом «базирование кораблей КБФ на порты Эстонии и Латвии на 1939— 1940 гг.». 1-му дивизиону эсминцев во главе с лидером «Ленинград», согласно утвержденной дислокации, надлежало базироваться в Лиепае (как наиболее оборудованном порту). Поскольку новые базы КБФ в Эстонии и Латвии размещались на территории иностранных государств, корабли, базирующиеся там, были вынуждены постоянно находиться в состоянии повышенной боеготовности, чтобы обезопасить себя на случай внезапного нападения с моря или воздуха.

В период с 1 2 по 1 5 ноября, направляясь в Кронштадт, «Ленинград» зашел в Таллин, имея на борту командующего КБФ. После того как вице-адмирал В.Ф.Трибуц проверил условия размещения здесь частей флота, лидер быстро ушел в Главную базу КБФ Кронштадт.

С началом Советско-финляндской войны по приказу Военного совета КБФ 5 декабря 1939 года был сформирован отряд особого назначения для занятия островов Лавенсари и Сескар. Командиром отряда был назначен капитан 1 ранга С.С.Рамишвили, который разместился на лидере «Ленинград». «Ленинград» (командир капитан 3 ранга С.Д. Солоухин) был включен в состав группы кораблей эскадры Балтийского флота, перед которой ставилась задача подавления фланговых батарей противника, обстрела финского побережья и поддержки огнем высадки десанта на острова Суурсари (Гогланд), Сескар и Лавенсари. В первый же день войны лидер принял участие в обстреле финских островов.

Следующий боевой выход лидера «Ленинград» состоялся 10 декабря. Еще было темно, когда около 8 ч корабли эскадры вышли из главной базы: впереди четыре тральщика, за ними линкор «Октябрьская революция», лидеры «Ленинград», «Минск», эскадренные миноносцы «Стерегущий» и «Артем» и, наконец, сторожевые корабли «Вихрь», «Буря» и «Циклон». Целью боевого похода являлся обстрел финских батарей на островах Тиуринсари и Сааренпя.

От Кронштадта на запад, до меридиана маяка Толбухин, море было покрыто тонким льдом. Ветра не было. Видимость не превышала 60 кб. Небо закрывали сплошные облака высотой 200—300 м. Температура воздуха была -10°С. Эскадра прошла фарватером № 1, имея скорость хода 1 2 уз, и в 10 ч 51 мин легла на боевой курс 279°. Подойдя к намеченной точке, в 1 0 ч 57 мин с дистанции 102 кб, линкор открыл огонь из 305-мм орудий по финскому побережью.

Перед лидерами и эсминцем «Стерегущий» стояла другая задача. Они вышли на позицию для обстрела 254-мм батареи на острове Торсари (Тиуринсари). Позиция находилась к зюйд-весту от острова на расстоянии 115 кб. Однако, из-за плохой видимости, выполнить поставленные задачи «Ленинград» не смог и, не открывая огня, повернул на обратный курс. В это время батарея противника, для которой, вероятно, условия видимости были лучше, открыла огонь и первым же залпом накрыла корабль. «Ленинград», иссеченный осколками от близких разрывов снарядов, вернулся в базу, где силами мастерских порта был произведен ремонт.

13 декабря «Ленинград» в составе отряда кораблей под командованием капитана 2 ранга В.М.Нарыкова вновь выходил на обстрел финского побережья. Для обеспечения операции лидеру поставили задачу подавить 254-мм батарею Сааренпя. Погода благоприятствовала действиям отряда: море было спокойно, дул северо-западный ветер в 1 балл, температура воздуха была +4°С, видимость — около 130 кб, облачность полная. В 1 0 ч 45 мин, находясь в 55 кб от острова Сескар, лидер лег на курс 329°, тут же была сыграна боевая тревога и согревающими выстрелами прогреты орудия. В этот момент расстояние до цели — острова Бьёрке — составляло 130 кб. В 11 ч 05 минут «Ленинград» открыл огонь по месту размещения 254-мм батареи старого русского флота, где теперь стояла двухорудийная 152-мм батарея финской береговой обороны. Так как остров был покрыт лесом, корабли места падения своих снарядов не видели. Случайный снаряд попал в щит одного из 1 52-мм орудий, что вынудило финских артиллеристов в 11 ч 1 8 мин открыть ответный огонь основной 254-мм батареи.

Первоначально огонь противника сосредоточился на кораблях отряда, а в 11 ч 32 мин его перенесли на «Ленинград», который в это время был в 115 кб от батареи, и уже третьим залпом было достигнуто накрытие. Всего противник успел сделать по лидеру 20 залпов, шесть из которых легли чистыми накрытиями, а четыре — перелетами и недолетами. Падение снарядов было зафиксировано в диапазоне 30— 1 00 м от борта корабля. Часть осколков упала на палубу и надстройки лидера, но жертв, к счастью, не было.

Дав ход 34 узла, «Ленинград», поставив дымзавесу, продолжая вести огонь из кормовых орудий, стал отходить на зюйд артиллерийским зигзагом. В 11 ч 39 мин в 10—12 м от кормы лидера были замечены следы двух торпед. Командир отряда капитан 2 ранга В.М.Нарыков посчитал, что эти торпеды выпустили торпедные катера противника, обнаруженные незадолго до того в 50 кб к норд-осту от лидера. Но, согласно финским данным, катера противника в тот день в боевых действиях участия не принимали, зато в этом районе находилась подводная лодка «Saukko» и торпеды могли быть выпущены ею. В 11 ч 49 мин, пробыв под обстрелом 16 мин, «Ленинград» вышел из-под огня батареи и прекратил обстрел, выпустив 78 фугасных 130-мм снаряда. Расстояние до батареи было 130 кб. Отсутствие попаданий в лидер объясняется не только применением дымовой завесы и зигзага, но и плохой стрельбой противника.

Ввиду полного израсходования запланированного боезапаса операция была завершена. Лидеры выстроились в кильватер и в 15 ч 27 мин корабли вошли на Большой Кронштадтский рейд.

Очередной выход лидера состоялся накануне Нового года — 30 декабря, когда лед уже прочно сковал воды Финского залива. В 4 ч 30 мин «Ленинград» в составе отряда (линкор, лидеры, эсминцы, сторожевые корабли и тральщики) в сопровождении ледоколов вышел на обстрел батарей островов Сааренпя и Торсаари (Тиуринсари). Даже ледоколам было тяжело бороться со льдами в ту удивительно морозную зиму. Движение кораблей второй группы, шедших за маломощными ледоколами «Октябрь» и «Трувор» несколько задержалось. На помощь им был выслан «Ермак». Всю ночь на 31 декабря и первую половину дня вторая группа кораблей с трудом форсировала тяжелые льды и только 31 декабря ей удалось выйти на чистую воду. Обстрел батарей противника по времени был перенесен на 11 ч 1 января 1940 года. Но под влиянием шестибального ветра зюйд-вестовой четверти началась подвижка льда. Кораблям второй группы, которых опять затерло льдами, лишь к 14 ч с большим трудом удалось вновь выйти на чистую воду. Через полчаса, вследствие еще более ухудшившихся метеорологических условий, в частности появления тумана, видимость стала плохой: ни авиация, ни корабли действовать прицельно не могли. Командующий эскадрой перенес обстрел батареи противника на 2 января и приказал разрядить орудия по батарее острова Сааренпя. На следующее утро, 2 января, погода настолько ухудшилась, что продолжать операцию было нецелесообразно. Линкор возвратился в Кронштадт, а легкие силы проследовали в Таллин и Лиепаю. В сплошном льду, без обеспечения ледоколами, «Ленинград» начал длительный переход, и в 1 8 ч 1 5 мин 3 января вошел в Таллиннскую гавань, где стал на якорь на рейде. В 4 ч 00 мин следующих суток лидер снялся с якоря и продолжил свой поход. Погодные условия в то время были тяжелыми. Переход проходил при силе ветра 9 баллов, мороз доходил до -20°С, волна достигала 7 баллов, а размах бортовой качки — 42°. Корабль накрывало волной, орудия, торпедные аппараты и глубинные бомбы обмерзли, ледяной покров на верхней палубе достигал 0,3 м, а на надстройках — 0,15 м. Никакими видами оружия пользоваться было невозможно, но, к счастью, обошлось без соприкосновения с противником. В дополнение к этому, корпус лидера, действовавшего во льдах Финского залива, получил серьезную деформацию — борта были повреждены на протяжении 60 шпангоутов. Вмятины достигали площади до 3 м2 со стрелой прогиба до 300 мм. Лишь в 1 7 ч 4 января корабль достиг Лиепаи.

Лидеру «Ленинград» в той войне, или, как ее тогда скромно называли «советско-финляндским вооруженным конфликтом», досталось в полной мере. В середине января после устранения повреждений от предыдущего похода лидер был снова направлен для дозорной и блокадной службы в северной части Балтийского моря, в районе маяка Бенгтшер. И в этот раз погода не баловала экипаж: сила ветра достигала 9 баллов, мороз доходил до -20°С. Когда лидер возвращался из дозора в базу, ему пришлось преодолевать лед толщиной 0,3 м. Корпус «Ленинграда» оказался деформированным от 0 до 140 шп. Отдельные вмятины корпуса достигали в высоту 2 м и ширину 6 м, а стрелка прогиба доходила до полуметра. От сильного сдавливания корпуса корабля льдами во многих местах разошлись швы наружной обшивки и топливных цистерн. В таком «небоевом» состоянии лидер был поставлен в ремонт.

В середине января 1940 года, когда установились крепкие морозы, Финский залив стал покрываться льдом. Ввиду ухудшения ледовой обстановки прекратился выход кораблей ОЛС в море. На этом боевая деятельность легких сил флота в Советско-финляндской войне завершилась, а вскоре закончилась и война.

По окончании ремонта 31 мая 1941 года «Ленинград» вышел на ходовые испытания. При первом же выходе корабля на нем опять начали лопаться трубки паровых котлов и снова пришлось возвращаться на завод. Вообще, корпус и системы корабля к тому времени были настолько изношены, что с момента окончания этой войны и до 22 июня 1941 года «Ленинград» девять раз ставили в док для клепки пазов и стыков листов подводной части наружной обшивки корпуса, смены трубок котлов и поврежденных кавитацией гребных винтов.

Накануне Великой Отечественной войны лидер «Ленинград» входил в состав 4-го дивизиона ОЛС, дислоцировавшегося в Таллине, где его и застало начало боевых действий.

С.Д.Солоухина в должности командира сменил капитан 3 ранга Г.М.Горбачев.

Главной задачей КБФ было не допустить корабли противника в Финский и Рижский заливы. Для ее решения еще к 1 5 апреля 1941 года был разработан оперативный план активных действий флота, включавший постановку оборонительных минных заграждений. Для выполнения этой задачи в устье Финского залива командование флота к 22 июня 1941 года сформировало отряд кораблей, в состав которого вошел и лидер «Ленинград».

Уже в ночь на 23 июня лидер в составе отряда кораблей под флагом командующего эскадрой Балтийского флота контр-адмирала Д.Д.Вдовиченко вышел в море на свою первую минную постановку на линии Ханко-Осмуссар, которая была выполнена без помех, после чего отряд возвратился в Главную базу КБФ.

Приняв в минной гавани Таллина мины образца 1926 года, в ночь на 25 июня в составе того же отряда лидер вновь вышел на их постановку, а к 1 0 ч утра отряд без потерь возвратился в базу.

Минные постановки продолжались. Лидер часто привлекался к ним и в течение нескольких выходов выставил около 400 мин заграждения, постоянно находясь под обстрелом береговых батарей и бомбовыми ударами авиации противника.

Однако, мины в Финском заливе выставляли не только корабли Краснознаменного Балтийского флота. В ночь на 22 июня 1941 года противник начал скрытную постановку своих заграждений в тех же районах, что и советские корабли. Минная обстановка на Балтике оказалась очень сложной. Уже в начале июля в Таллине на лидере установили временную систему размагничивающего устройства ЛФТИ. При очередном заходе лидера в Кронштадт рабочие Морского завода провели средний ремонт орудий его главного калибра. Поскольку противник все ближе и ближе приближался к Таллину, для прикрытия подходов к городу с моря 3 июля лидеры «Ленинград», «Минск» и эсминец «Гордый», в обеспечении двух базовых тральщиков и двух торпедных катеров, выставили 23 1 мину к западу от острова Найссар. Это были изматывающие походы! Отбиваться от налетов авиации противника приходилось всеми огневыми средствами, в том числе и орудиями главного калибра.

Уже через два месяца после начала войны корпус лидера «Ленинград» снова нуждался в доковом ремонте. От близких разрывов снарядов, мин и авиабомб во многих местах разошлись клепаные соединения листов наружной обшивки, часть междудонных цистерн оказалась затоплена водой. Да и котельная установка работала на износ — из-за недоброкачественных трубок пришлось часто отключать главные котлы № 1 и № 2. Но о постановке на ремонт не могло быть и речи — сухопутные силы противника блокировали со стороны суши Таллин, где сосредоточились к тому времени основные силы КБФ. Флот помогал сухопутной обороне Главной базы, чем мог — 1 0 августа 35 человек из экипажа лидера были направлены на фронт.

Все крупные корабли, в том числе и «Ленинград», с 22 августа были включены в систему обороны города в качестве средств артиллерийской поддержки. Уже на следующий день артиллерия лидера, маневрирующего на больших ходах на Таллинском рейде для уклонения от атак самолетов, подавила огонь нескольких батарей и рассеяла наступающие войска противника на участках их прорывов.

24 августа, согласно рапортам корректировочных постов, артиллерийским огнем крейсера «Киров» и лидера «Ленинград» была разрушена переправа в районе мызы Йыгису через реку Кейла-Йыги, где уничтожено и повреждено 20 танков.

К исходу дня 25 августа стало ясно, что Таллин не удержать. Однако решение главкома войсками Северо-Западного направления об эвакуации морем войск, обороняющих город, и выводе кораблей Балтийского флота из базы еще не поступало. Лишь 27 августа, когда маршал Советского Союза К.Е.Ворошилов наконец, дал такое разрешение, на кораблях получили приказ Военного совета КБФ сухопутным войскам и частям флота об отходе с линии фронта и подготовке кораблей и судов КБФ к переходу в ночь на 28 августа в Кронштадт и Ленинград. На оборонительном рубеже были оставлены лишь части заслона, которые после посадки войск, эвакуируемых и погрузки техники также отвели с занимаемых позиций.

Из транспортов, предназначенных для перевозки войск, гражданского населения и военных грузов, были сформированы четыре конвоя. В целях обеспечения перехода боевые корабли КБФ были разделены на четыре отряда. Лидер «Ленинград» включили в состав первого отряда для прикрытия с кормы флагманского корабля — крейсера «Киров». Экипаж корабля, кроме направленных на сухопутный фронт, был собран на корабле до 6 ч 28 августа.

Все это время артиллерия главного калибра лидера прикрывала своим огнем посадку на транспорты войск и эвакуируемых, подрывные работы и минирование гаваней.

Переход кораблей задерживался из-за неутихавшего шторма и усилившегося ветра, что затрудняло работу тральных сил. Лишь в 12 ч, когда стихия успокоилась, последовал приказ: начать движение!

Запоздалое решение главкома об эвакуации Главной ВМБ КБФ позволило германским войскам развернуть на мысе Юминда береговую батарею 1 52-мм орудий (кстати, трофейных советских), что в совокупности с минным заграждением «Юминда» являлось классической минно-артиллерийской позицией, форсировать которую было весьма трудно.

Переход пришлось совершать через многочисленные плотные минные поля. С наступлением темноты, когда подорвался на мине и погиб эсминец «Яков Свердлов», шедший с левого борта крейсера, командующий флотом вице-адмирал В.Ф.Трибуц отдал приказание лидеру «Ленинград» занять место погибшего эсминца. По счислению, это было в 1 0 милях к западу от острова Вайндло.

Лидер попытался в темноте подойти к месту гибели эсминца. В это время течением мимо корабля проносило множество плавающих мин, сорванных с якорей прошедшим штормом. Эти мины экипажу лидера приходилось баграми и шестами отводить от корабля, а матрос Козлов прыгнул в воду и руками отталкивал «рогатую смерть» от борта. Несмотря на все усилия экипажа, в темноте оба паравана лидера захватили помине. Создалась угрожающая обстановка. Не имея возможности маневрировать в такой ситуации, командир корабля приказал обрубить буксирные тросы параванов и задним ходом вывел «Ленинград» из опасной зоны. Остановив корабль, Г.М.Горбачев распорядился поставить новые параваны. В этот момент по лидеру, стоявшему без хода, с мыса Юминда открыла огонь батарея противника. Тут же артиллеристы «Ленинграда» открыли ответный огонь и заставили ее замолчать.

В 21 ч 40 мин на «Ленинграде» получили радиосообщение о подрыве на мине лидера «Минск», который входил в состав второй группы. «Ленинград» был направлен к нему на помощь и подбирал по пути из воды погибающих. Рано утром 29 августа он подошел к «Минску», на котором в результате взрыва мины вышли из строя все навигационные приборы.

С рассветом оба корабля двинулись в сторону Кронштадта — головным шел «Ленинград», игравший роль «поводыря», а в кильватер ему «Минск». Во время движения рядом с «Ленинградом» обнаружили три плавающие мины, которые расстреляли огнем из 45-мм орудий.

При переходе в Кронштадт лидеру «Ленинград» приходилось неоднократно отражать атаки самолетов противника. Чтобы не подвергать корабли опасности, было принято решение увеличить скорость хода с 12 до 27 уз. В 17 ч 5 мин 29 августа оба корабля отдали якоря на Большом Кронштадтском рейде.

В августе командованием КБФ было принято решение о дооборудовании Гогландской и Тыловой минных позиций, поэтому с завершением перехода главных сил флота из Таллина в Кронштадт «Ленинград» был включен в систему обороны города и уже в первых числах сентября привлекался к постановке мин на этих позициях, где выставил более 80 мин в 1 8 минных заграждениях. Тогда же он выходил в район Ораниенбаума, где вел огонь по сухопутным целям противника, поддерживая войска Ленинградского фронта.

С 1 9 сентября начались массированные воздушные налеты противника на Кронштадт и корабли, стоявшие в Морском канале. 21 сентября, воспользовавшись пасмурной погодой, 1 80 германских самолетов атаковали корабли, стоявшие в Кронштадте. Многие из них получили тяжелые повреждения, некоторые затонули. Лидер «Ленинград» также был поврежден. После этого с целью сохранения кораблей и усиления обороны Ленинграда основные силы флота были переведены из Кронштадта в Ленинград. Лидер пополнил Западную группу кораблей, размещенных в Торговом порту для поддержки артиллерийским огнем частей 8-й и 42-й армий. Налеты авиации и артиллерийские обстрелы города не прекращались — командование германской группы армий «Север» решило уничтожить корабли КБФ в Кронштадте и Ленинграде.

22 сентября «Ленинград» (на позиции в Лесной гавани Торгового порта) во время контрбатарейной стрельбы получил повреждения корпуса, механизмов и некоторых приборов от взрыва одного из снарядов противника вблизи борта корабля. Лидер перевели к Канонерскому острову, и 1 2 октября во время ведения артиллерийского огня при поддержке высадки тактического десанта германский 203-мм снаряд пробил корпус лидера, при этом через пробоину затопило две цистерны —топливную и питьевой воды. От осколков другого снаряда, разорвавшегося у борта, на палубе лидера загорелся пороховой заряд, приготовленный для стрельбы главным калибром. Пожар и взрыв заряда грозили гибелью корабля. Смертельно раненый осколками, командир орудия старшина 2-й статьи В.С.Кузнецов дотянулся до горящего заряда и пополз с ним к борту, чтобы сбросить в воду, но силы оставили моряка и заряд взорвался у него в руках. Пожар удалось ликвидировать силами экипажа. Приказом командующего флотом, имя героя было навечно занесено в список экипажа лидера «Ленинград».

Из-за повреждений от попадания снаряда, пробившего оба борта, 14 октября лидер «Ленинград» поставили на ремонт у стенки завода № 196.

Когда в октябре кольцо вокруг Ленинграда сжалось до предела, стало ясно, что гарнизон, оставленный на полуострове Ханко для отвлечения сил противника, оказался глубоко в тылу германской армии и к тому времени свою задачу выполнил. Тогда было принято решение срочно эвакуировать людей (десятки тысяч обученных и обстрелянных бойцов, тысячи единиц оружия и комплектов обмундирования, сотни тонн боеприпасов, продовольствия), оставшихся на этом полуострове.

Эвакуация, рассчитанная на несколько этапов, началась 23 октября, когда лидер находился еще в ремонте. 2 ноября, как только он был закончен, «Ленинград» включили во второй отряд, в состав которого, помимо лидера, входил эсминец «Стойкий», минный заградитель «Урал», транспорт «Андрей Жданов», базовые тральщики Т-204, Т-207, Т-211, Т-215 и Т-218, четыре малых охотника и два торпедных катера. Отрядом командовал контр-адмирал М.З.Москаленко.

Первая попытка прорваться в Ханко, предпринятая 9 ноября, окончилась безрезультатно — поход наспех сформированного отряда был подготовлен из рук вон плохо, командир отряда перед выходом не проинструктировал командиров тральщиков, обстановка на море и метеоусловия выяснены не были.

На переходе, по указанию М.З.Москаленко, базовые тральщики шли строем уступа, а остальные корабли — кильватерной колонной за тралами. Сложная гидрометеорологическая обстановка — сильный порывистый остовый ветер, низкая облачность и высокая волна — существенно затрудняли работу противоминных кораблей и не давали им возможность соблюдать заданный строй. Чтобы исключить выходы кораблей из протраленной полосы, отряду было приказано включить кильватерные огни.

В 16 ч 40 мин корабли прошли остров Гогланд. Ветер усилился до 7 баллов, видимость ухудшилась и корабли потеряли друг друга из виду. В самом опасном районе — при форсировании минных полей — базовые тральщики лишились параванов. В темноте при маневрировании тральщики Т-204 и Т-21 8 столкнулись и получили повреждения. Кораблям стало трудно держаться в протраленной полосе, походный ордер нарушился. В 19 ч 30 мин в районе маяка Родшер командир отряда разрешил поврежденным тральщикам вернуться к Гогланду, а остальным кораблям прекратить движение и стать на якорь. С рассветом 10 ноября отряд вернулся на рейд Гогланда, уничтожив по пути три мины.

Тем не менее, задачу по эвакуации необходимо было выполнять и 11 ноября с наступлением сумерек отряд вновь начал движение к Ханко. Тральщики с трудом прокладывали путь отряду. Погодные условия еще более ухудшились: усилился боковой нордовый ветер, поднялась большая волна, видимость снизилась. Из-за ветра и волн, тральщики не смогли идти строем уступа и практически шли в кильватер. Протраленная полоса сузилась до 60 м, что сводило почти на нет все меры противоминного обеспечения идущих за тральщиками кораблей.

К северу от мыса Юминда, откуда до Ханко оставалось лишь 65 миль, корабли отряда оказались на минном поле, где начали взрываться мины в тралах. Идущие впереди корабли, не обращая внимания на взрывы, оторвались от лидера и транспорта «Жданов». В 22 ч 30 мин в левом параван-охранителе лидера, вышедшего за пределы протраленной полосы, на расстоянии 10 м от борта взорвалась мина. Существенных повреждений корабль не получил и продолжал движение. Однако после полуночи, в 0 ч 23 мин 12 ноября, в том же левом параване в 5 м от борта лидера взорвалась еще одна мина.

От второго взрыва вышел из строя левый ГТЗА, в наружной обшивке корпуса (в носовом машинном отделении, центральном артиллерийском посту и четвертом артпогребе) появились трещины и вмятины. От поступления забортной воды было затоплено семь нефтяных цистерн, вышли из строя лаги гирокомпас.

Личный состав корабля с трудом справлялся с откачкой воды. Через пробоины лидер терял драгоценное топливо и самостоятельно, по мнению командира, двигаться не мог. Лидер стал на якорь, чтобы устранить повреждения в носовом машинном отделении и в корпусе корабля. Шедший за ним транспорт «Жданов» и три малых охотника остались с лидером.

В 1 ч 01 мин командир лидера Г.М.Горбачев передал по радио донесение командиру отряда: «Дважды подорвался на минах. Пробоина в первом котельном отделении, провизионке, центральном и гиропостах. Самостоятельно идти не могу, нуждаюсь в помощи. Стал на якорь». Как посчитал командующий КБФ В.Ф.Трибуц, давая такую телеграмму, командир лидера не проверил, насколько серьезны повреждения. Если бы он их уточнил, то, возможно, не стал бы поднимать тревогу, так как, по мнению комфлота, серьезных оснований для нее не было. Поспешные действия командира лидера привели к неправильной оценке обстановки командиром отряда, а в последствии — и к потерям.

Получив эту радиограмму, М.З.Москаленко, находившийся на эсминце уже в 55 милях от Ханко, приказал всему отряду лечь на обратный курс и идти на помощь поврежденному кораблю. В 2 ч 04 мин корабли повернули обратно. Оценивая действия командира отряда, В.Ф.Трибуц признал его решение неправильным, поскольку в подобных условиях ни в коем случае нельзя было менять курс, так как это, по существу, означало уклонение от выполнения основного задания. Командующий посчитал, что можно было поручить аварийно-спасательному отряду, базировавшемуся на рейдах острова Гогланд, оказать помощь поврежденному лидеру.

Дальше события развивались весьма драматично. Два тральщика, направлявшиеся к лидеру для оказания ему помощи, от взрывов мин лишились тралов, к тому же они потеряли ориентировку и не смогли найти «Ленинград».

Не имея сообщений от М.З.Москаленко и не дождавшись подхода отряда, Г.М.Горбачев решил идти к Гогланду самостоятельно. Он дал команду сняться с якоря, но, так как навигационные приборы лидера вышли из строя, то приказал капитану транспорта «Андрей Жданов» идти головным. По оценке В.Ф.Трибуца, и это решение Г.М.Горбачева было ошибочным: если лидер при ходе на запад с параван-охранителями создавал некоторое противоминное прикрытие для имеющего глубокую осадку транспорта, то теперь капитан «Андрея Жданова», не располагавшего никакими средствами защиты от мин, мог надеяться только на счастливый случай.

Однако чуда не произошло. В 5 ч транспорт подорвался на мине и через 8 мин затонул. Всю его команду, кроме одного человека, спасли малые охотники. Понимая, что теперь самостоятельно пробиться через минное поле невозможно, Г.М.Горбачев снова приказал стать на якорь. Подошедший вскоре тральщик Т-211, определивший место лидера по взрыву, встал головным и провел поврежденный корабль к Гогланду. При следовании кораблей в тралах тральщика взорвались три мины и одна—в параване лидера.

Между тем, отряд под командованием М.З.Москаленко, повернувший на обратный курс почти с траверза Таллина, попал на плотное минное заграждение. Базовые тральщики начали подсекать мины. Корабли отряда растянулись, его управление нарушилось. Так или иначе, но уже к середине дня 1 2 ноября отряд снова сосредоточился у Гогланда, на рейде Северной деревни. Здесь на лидер передали 100 тонн мазута и в тот же день «Ленинград» и эсминец «Стойкий» получили разрешение вернуться в Кронштадт.

В отчете по эвакуации военно-морской базы Ханко, командованием флотом была дана следующая оценка этому походу: «Из-за низких волевых качеств и неумения оценивать обстановку, командир "Ленинграда" своими просьбами о помощи сорвал выполнение задачи и отряд возвратился в бухту Суурикюля».

25 ноября «Ленинград», поврежденный взрывом мины, был поставлен на ремонт к стенке завода № 1 96, который осуществлял ремонт совместно с Балтийским заводом. Кроме того, специальным решением Военного Совета КБФ от 8 января 1 942 года предписывалось смонтировать на «Ленинграде» в срок до 25 февраля того же года штатную систему размагничивания ЛФТИ.

Ремонт лидера проходил одновременно с модернизацией его систем. Работы, вытекающие из опыта боевых действий флота в первый год войны, сводились к следующему: обеспечение противоминной защиты системой ЛФТИ с монтажом размагничивающих устройств, усиление зенитного вооружения, защитная амортизация приборов и оборудования, а также подкрепление корпуса лидера. Особое внимание уделялось повышению прочности — было произведено подкрепление кормовой оконечности корпуса и вырезов на верхней палубе. На юте лидера разместили палубную спаренную 76,2-мм зенитную артустановку 81-К с коробчатым 8-мм броневым щитом, снятую с линкора «Марат» в октябре 1941 года.

В суровых условиях блокады ремонт лидера длился всю зиму. После его завершения, уже в мае 1942 года, «Ленинград», включенный в артиллерийскую систему обороны города, вел огонь по позициям противника, занимая разные огневые позиции на Неве. Однако, 14 мая в результате очередного огневого налета противника на город, лидер опять получил серьезные повреждения и вновь был поставлен на ремонт.

Одной из задач ремонта было усиление зенитного вооружения. Было установлено четыре 37-мм автоматов 70-К, два из которых размещались на носовой надстройке побортно, а два других — побортно на палубе полубака. В 1943 году устанавливаемые на лидеры зенитные автоматы 70-К снабдили щитами. На верхней палубе корабля в корме установили спаренный 37-мм полуавтомат С-30. Под погреба для зенитного боезапаса выделили помещения в корме.

Весь 1943 год корабль по плану, разработанному начальником Береговой обороны Балтийского флота контр-адмиралом И.И.Греном, участвовал в нанесении массированных артиллерийских ударов по узлам сопротивления противника в полосе наступления 55-й армии Ленинградского фронта.

В январе 1944 года «Ленинград», занимавший огневую позицию на Малой Неве у моста Строителей (ныне Биржевой), вместе с другими кораблями КБФ, базировавшимися в Ленинграде, включили во вторую группу (командир — вице-адмирал Ю.Ф.Ралль) артиллерийской поддержки. В этой группе, из восьми орудий калибра 130 мм пять принадлежали лидеру. Группа должна была своим огнем содействовать наступлению войск 42-й армии в операции по снятию блокады Ленинграда в направлении Пулково—Воронья гора, где находились наиболее мощные оборонительные сооружения противника. За период с 14 по 20 января лидер (командир капитан 2 ранга В.М.Климов) своим огнем эффективно содействовал прорыву блокады. Например, в результате контрбатарейной стрельбы «Ленинград» вместе с эсминцем «Свирепый» только 17 января при расходе 268-ми снарядов калибра 130 мм подавили две батареи противника в районе Урицка.

10 февраля 1944 года советские войска перешли в наступление. Для оказания содействия 55-й и 67-й армиям выделялись корабли КБФ, в том числе и лидер «Ленинград», которые своей артиллерией подавляли очаги сопротивления противника.

После снятия блокады и разгрома немецко-фашистских войск под Ленинградом зимой 1944 года, линия фронта отодвинулась от города. Главная угроза была снята. Теперь перед КБФ была поставлена задача содействия с моря ликвидации крупной группировки войск противника на Карельском перешейке. Для огневого содействия войскам фронта, флот выделил корабельную артиллерию, которая должна была действовать в полосе наступления 21-й армии Ленинградского фронта, наносившей удар на выборгском направлении. На время этой операции 130-мм орудия лидера «Ленинград», занимавшего огневую позицию на Малой Неве, были включены в состав корабельной артиллерии. 10 июня орудия корабля участвовали в мощном артобстреле позиций противника. Утром 11 июня армейское командование сообщило, что в выходе кораблей в море для поддержки войск нет необходимости — наступление развивается успешно.

Затем, до конца войны лидер залечивал «раны», не выходя в море дальше Кронштадта ввиду минной опасности.

Командирами «Ленинграда» были капитан 3 ранга Ф. Т.Тарасов (1932-1939), капитан 3 ранга С.Д.Солоухин (1939— 1941), капитан 3 ранга Г.М.Горбачев (1941—до ноября 1942), капитан 2 ранга М.Д.Полегаев (ноябрь—декабрь 1942) капитан 2 ранга Г.С.Абашвили (декабрь 1942—сентябрь 1943), капитан 3 ранга Н.Н.Ротинов (сентябрь—20 ноября 1943), капитан 2 ранга В.М.Климов (20 ноября 1943-27 января 1945), капитан 3 ранга П.Т.Гребенчук (временно исполняющий должность с 27 января по апрель 1945), капитан 2 ранга Е.П.Збрицкий ( апрель—май 1945), капитан 2 ранга Т.Г.Катышев (с мая 1945), капитан 3 (затем 2) ранга Г.П.Васильев (1946-1947).