Корабли Подводные лодки Морская авиация Вооружение История Статьи и заметки Новости Разное

Морская коллекция 11.2005. Канонерская лодка "Храбрый"

Проектирование и заказ

В начале 90-х годов позапрошлого века Российский Императорский флот имел в своем составе канонерские лодки двух типов — мореходные дпя океанских плаваний и броненосные для обороны Балтики. Однако первые не могпи поддерживать свои эскадры из-за отсутствия броневого пояса, вторые же — из-за того, что были способны вести огонь главным калибром только в носовом секторе. В этой связи управляющий Морским министерством вице-адмирал Н.М.Чихачев озадачил Морской Технический комитет (МТК) запиской от 11 мая 1891 г.: «...На много ли придется изменить размеры канонерских лодок типа «Грозящий», если при следующем их построении одно 9-дюймовое орудие заменить двумя 8-дюймовыми по образцу «Манджура» и «Корейца», но сохранив им полную броню...».

Не прошло и трех лет, как проект мореходной канонерской лодки типа «Грозящий» был рассмотрен на заседании МТК с участием представителей всех отделов комитета и приглашенных моряков; практическую эскадру Балтийского флота представлял контр-адмирал С.О.Макаров. Чертежи и спецификации разрабатывались с учетом указаний вице-адмирала Чихачева в размерениях «Грозящего». При этом носовое 9-дюймовое орудие заменялось на два 8-дюймовых в 35 клб, установленных на бортовых спонсонах, на корме же сразу было предложено разместить 6-дюймовое в 45 клб системы Канэ. К ним добавили одну 47-мм и две 37-мм скорострельные пушки Гочкиса; кормовой торпедный аппарат и мины заграждения изначально не предусматривались. Чтобы повысить мореходность, планировался полубак до 21-го шп., с вырезами для ведения огня из 8-дюймовых пушек в нос. Верхняя палуба, по сравнению с прототипом, в корме была заужена.

В результате обсуждения было предложено не делать дверей под броневой палубой в поперечных переборках, сообщение между отсеками осуществлять через люки в жилой палубе, а в носу их обнести стальными кожухами, доведя последние до палубы, где имелись комингсы. Все двери надлежало устроить с порогами высотой не ниже люков.

Парусное вооружение вообще не планировалось. Мачты предназначались только для сигналопроизводства, растяжки бельевых лееров, подъема флагов и установки носового прожектора. Они выполнялись в одно дерево и раскреплялись в поперечном направлении по-старинке — вантами.

К тому времени Императорский фпот обзавелся собственным опытовым бассейном для испытания моделей судов. Здесь определялось сопротивление движению, и далее, путем масштабного пересчета, находили потребную мощность механизмов при заданной скорости. «Грозящий» оказался в числе первых, чьи модели проходили в бассейне испытания. По теоретическим чертежам изготовили масштабные копии (8 штук) из воска и провели их буксировку; показавшая наименьшее сопротивление и волнообразование рекомендовалась для воспроизводства.

Не успели высохнуть подписи под проектом, как контр-адмирал Макаров выступил с предложением по изменению состава артиллерийского вооружения: 8-дюймовые орудия в 35 клб заменить на только что разработанные на Обуховском сталелитейном заводе (на основе 6-дюймовки Канэ) 8-дюймовые пушки в 45 клб с раздельным картузным заряжанием и поршневым затвором системы Розенберга (конструкторы — подполковник Бринк и мичман Меллер). Кроме того, предлагалось добавить четыре пятиствольных 37-мм орудия Гочкиса. Как следствие появился первый перегруз в 1,8 т.

Были внесены первые изменения в немногочисленные на тот момент чертежи. По тогдашней практике полный их комплект появлялся только к сдаче судна в казну. Живы были традиции деревянного судостроения, когда все детали обрабатывались и подгонялись по месту непосредственно на стапепе, и существовала четкая последовательность операций, не позволявшая, кроме самого дерева, что-либо заготавливать впрок. Поэтому и в металлическом кораблестроении ограничивались при начале работ минимумом чертежей, остальные разрабатывались постепенно, сообразуясь с уже выполненным объемом работ.

С утверждением высшими инстанциями журнала МТК № 39 и решения строить лодку силами Петербургского порта его командир вице-адмирал В.П.Верховский запросил в Главном управлении кораблестроения и снабжения (ГУКиС) наряд на постройку в

Новом адмиралтействе (после спуска эскадренного броненосца «Полтава») мореходной канонерской лодки типа «Отважный», с тем чтобы сразу сделать заказ на судостроительную сталь. Спуск канлодки на воду планировался во второй половине 1895 г. Прокат предполагалось изготовить на Адмиралтейских Ижорских заводах.

В начале лета 1894 г. корабельный инженер Г.Ф.Шлезингер составил и направил по инстанции ведомость №1 заказа стали, требующейся на постройку части корпуса для церемонии закладки. Она включала листовой и угловой прокат для вертикального и горизонтального килей, второго дна. флоров и шпангоутов — общим весом порядка 82 т. Срок подачи в Адмиралтейство— 15 августа. Оговаривались наличие пробных планок для испытания металла, нанесение маркировки на каждый, обязательно выправленный лист, при этом допустимое превышение веса должно было составлять не более 5%.

Если с постройкой корпуса особых вопросов не возникало, то с энергетической установкой (ЭУ) все было сложнее — руководство морского ведомства не определилось ни с типом, ни с поставщиками котлов и механизмов. Хотя в журнале МТК № 39 и значилась запись о заказе котлов Бельвиля Франко-Русским заводам, никаких договоров еще не заключалось. Механическому отделу МТК было предложено проанализировать результаты испытаний ЭУ всех трех лодок, имевших машины разных заводов. Непременным условием заказа ставилась организация конкуренции для сбития цен.

Правление Франко-Русских заводов (бывший Берда). заинтересованное в получении казенного заказа, направило в МТК своего представителя для ознакомления и снятия копий с чертежей «Грозящего». В это время стало известно об испытаниях механизмов канонерской лодки «Отважный». Они оказались настолько удачными, что адмирал Чихачев начал склоняться к мысли кончить дело заказом Невскому заводу механизмов, тождественных установленным на «Отважном». Было разрешено представить их чертежи и Франко-Русским заводам.

Начальник ГУКиС вице-адмирал П.П.Тыртов тут же запросип МТК: «Не предполагается ли делать в чертежах изменений и улучшений?» И как в воду глядел — в механический отдел поступили предложения исправляющего должность судового механика канлодки «Отважный», помощника старшего инженер-механика Кигеля, составленные по результатам испытаний. Часть из них внесли в спецификации механизмов.

В конце октября управляющий Морским министерством приказал заказать машины по типу «Отважного», по этой причине новый корабль в ряде документов проходил как канонерская лодка типа «Отважный» с котлами Бельвиля.

Правление Франко-Русских заводов, пребывая в весьма стесненных финансовых обстоятельствах, в апреле 1894 г. обратилось к руководству Морского министерства со слезной просьбой спасти завод от разорения, выдав заказы от казны на котпы и механизмы для строящихся судов. Откликнувшись на прошение правления, адмирал Чихачев распорядился направить на завод комиссию, которую возглавлял генерал-майор Балк 1-й, он и засвидетельствовал, что завод целиком зависит от казенных заказов, частных же не имеет вообще. Кроме того, в своем сообщении генерал подчеркнул, что здесь изготовляют все литые и кованые детали для котлов Бельвиля, а также патентованную замазку, компоненты для которой получают из Франции. Трубки же и прокат поставляют отечественные заводы. Вывод комиссии был благоприятен для правления: нуждается в казенных заказах, последние может выполнить в срок.

Ознакомившись с чертежами и спецификациями котлов и механизмов канлодки «Отважный», директор правления Франко-Русских заводов Кох информировал ГУКиС о согласии принять заказ на машины по 130 руб. за силу и котлов по 65 руб. — всего на сумму 390 ООО руб. без учета стоимости вспомогательных механизмов. В конце июня Невский судостроительный и механический завод, в свою очередь, уведомил ГУКиС о возможности принятия в 1896 г. заказа на постройку и установку машин за 425 000 руб. Конечная же цена Франко-Русских заводов, с учетом вспомогательных механизмов, выросла до 421 500 — 430 000 руб. Последним в конкурентную борьбу включилось правление Балтийского судостроительного и механического завода. Оно предложило исполнить для лодки типа «Отважный» установку, за исключением некоторых деталей потолков, выгородок и масляных цистерн, по 200 руб. за силу, то есть за 400 000 руб. Правда, через месяц председатель правления генерал-майор Балк, изыскав дополнительные работы, повысил общую цену на 20 000 руб. Больший авторитет Балтийского завода, а также пусть скромная, но экономия, сыграли свою роль. Однако по каким-то причинам завод не брался изготовить котлы, и теперь и его правление присоединилось к поискам поставщиков последних.

В начале 1895 г. в Главный Морской штаб (ГМШ) начали просачиваться слухи о чудо-котлах системы Колле-Никлосса, дошли они и до правления Балтийского завода. По его просьбе морскому агенту во Франции лейтенанту Бэру 1-му поручили проверить результаты испытаний этих котлов на крейсере «Фриант». Собранные сведения были направлены в МТК для ознакомления, при этом начальник ГМШ генерал-адъютант О.К.Кремер просил держать информацию, полученную через французское морское министерство, в секрете.

В рапорте морского агента указывалось о порядке проведения испытаний и их результатах. Так, в этом докладе говорилось, что пары были готовы через 35 минут, при этом ппамя из труб поднялось на 3,5 м, поэтому их срочно пришлось одеть во второй кожух, однако это мало помогло, и на ходовых испытаниях трубы накапились докрасна и одна из них накренилась на сторону, вызвав пожар. Давление в котлах составило 13,7 атм при расходе угля 911 г на лошадиную силу Сильный нагрев труб должен был сразу насторожить, ибо это свидетельствовало о том, что значительная часть тепла не утилизируется в котлах, а вылетает в воздух, предварительно нагревая на своем пути кожухи и дымоходы. Правда, в рапорте приводился и «приватный» отзыв командира «Фрианта» об экс-ппуатационных качествах котлов, причем весьма лестный.

Очарованный слухами (видимо, это была хорошо организованная «пиар-кам-пания» производителей — братьев Ник-лосс), управляющий Морским министерством, еще до получения материалов из Парижа, приказал установить на канонерскую лодку котлы Никлосса (с целью вызвать конкуренцию с фирмой Бельвиля) и провести их испытания в русском флоте. Начальник Балтийского завода корабельный инженер С.К.Ратник, ознакомившись с полученными из Парижа сведениями, выступил категорически против этих котлов, указав на крупный недостаток — воды в них было в два раза больше, чем в котлах других типов. В МТК состоялось вторичное обсуждение «котельного вопроса», доводы С.К.Ратника признали достаточно убедительными и предложили ему провести переговоры с Франко-Русскими заводами по поводу заказа котлов Бельвиля. В конце апреля МТК информировал ГУКиС о приказании адмирала Чихачева об очередной замене системы котлов и необходимости внести изменения в чертежи фундамента под них.

Пообщавшись с представителями Франко-Русских заводов, старший судостроитель Ратник несколько поумерил свое отрицательное отношение к разработке Никлосса. Оказалось, что они предлагают изготовить «бельвили» старой модели за 140 000 руб., при этом не давая никаких гарантий по паропроизводительности, расходу топлива и срокам исполнения (на тот момент правление заводов решило свои финансовые проблемы за счет других заказов). Бельвиль и Никлосс же давали на все гарантии и запрашивали за комплект котлов со вспомогательными механизмами по 311 000 фр. — 115 070 руб., с пошлиной — 126 070 руб. При этом, в порядке конкурентной борьбы, представители Никлосса представили сведения о занижении Бельвилем расхода угля. Все это и донес своим рапортом управляющему Морским министерством С.К.Ратник. Всего через две недели поспе приказа об установке на канлодке котлов системы Бельвиля он предлагал заказать котлы Никлосса — Колле с целью проведения их испытаний на почти одинаковых судах — «Храбром» и «Гремящем».

12 мая 1895 г. председатель МТК вице-адмирал К.П.Пилкин сообщил начальнику ГУКиС об изменении управляющим Морским министерством своего решения о котлах после рапорта старшего судостроителя Ратника и разрешил ему заказать от себя, то есть от завода, за границей котлы системы Никлосса. Фундаменты под них требовали нового чертежа.

Так победно для французских заводчиков закончилась более чем годовая эпопея по выбору котлов для новой канонерской лодки «Храбрый».