Корабли Подводные лодки Морская авиация Вооружение История Статьи и заметки Новости Разное

Р. М. Мельников. Линейный корабль "Андрей Первозванный" 1906 - 1925 гг.

Приложение № 1. Как был устроен "Андрей Первозванный"

Наибольшая длина корабля составляла 140,2 м; по ватерлинии — 138,38 м, между перпендикулярами 132,3 м. Эти величины вычислены исходя из постоянной величины шпации, 4 фт (1,219 м) и положений нулевого шпангоута (он же носовой перпендикуляр) при задней кромке форштевня (или срезе подводного минного аппарата), кормового перпендикуляра по оси баллера руля (шп. 109), крайней кромки кормы при 113 шп. и крайней кромки форштевня при минус 2 шпангоуте. Ввиду неоднократных изменений в проекте в разных документах возможны разночтения этих величин. Стабильной проектной величиной осталась ширина корпуса, составлявшая 24,38 м. При предусмотренном первоначальным проектом нормальном запасе угля 850 т и осадке на испытаниях 26 фт (7,925 м) водоизмещение составляло 1 6600 т. Но уже по спецификации осадка на ровный киль "при нормальном запасе" угля составляла 27 фт (8,23 м), а соответствующее водоизмещение 1 7400 т. Его и приходится считать проектным. В реальных условиях, отразивших все виды привычных для русского флота перегрузок, водоизмещение корабля при осадке 8,84 м носом и 8,53 м кормой составляло 18500 т (Судовой список 1914 г.). Такие же сведения — 18580 т при осадке носом 29,2 фт (8,9 м) и кормой 28 фт (8,53 м) приводит справочник, составленный МГШ в 1917 г.

Корпус корабля (из обычной сименс-мартеновской стали сопротивлением 41-47 кг/мм2) набирался по традиционной в мировом и отечественном судостроении — продольно-поперечной или, как говорили, бракетной ("клетчатой") системе. Эта система представляла комплекс поперечных (шпангоуты), продольных (стрингеры) и листовых связей, которые формировали "клетчатый" или, можно сказать, сотовый слой набора. Форштевень начинался в днищевой части корабля между 6-м и 7-м шпангоутами, продолжался до окончания таранным бивнем (по длине 10,4 м) и поднимался до высоты средней броневой палубы почти до 11 м. Изготовление и монтаж такой отливки всегда служили показателем уровня развития кораблестроения.

Конструкция схваченного штевнями корпуса, в основном повторяла опыт и главнейшие решения проектов предшествовавших броненосцев серии "Цесаревич"-"Бородино". Существенными отличиями стали применение гладкой верхней палубы без полубака, трех полных броневых палуб, видоизменение системы бронирования внутренней продольной переборки у борта и более упорядоченное подразделение связей корпуса в соответствии со степенью их участия в обеспечении прочности корпуса. Это подразделение отражало принцип балки равного сопротивления (какова всем известная пластинчатая рессора) с уменьшением толщин связей корпуса от средней его части — "главного участка", ограниченного шпангоутами 42-73, к оконечностям. Шпации шпангоутов 42-30 и 73-85 составили два вторых участка, шп. 30-18 и 85-97 — два третьих, и от шп. 18 и 97 к оконечностям —два четвертых. Вертикальный киль имел высоту 1,14 м.

Вместе с вертикальным килем жесткость корпуса обеспечивали стрингеры (по семь с борта). Роль стрингера играл также шельф под броню — горизонтальный участок по длине борта, служивший для установки бортовых броневых плит. Располагавшиеся между форштевнем и таранной переборкой 8 шпангоутов служили подкреплением таранного штевня и установленного здесь носового минного аппарата. Их шпацию уменьшили до 2 фт. Набор, образованный шпангоутами и стрингерами, покрывался наружной обшивкой. Одиннадцать ее поясьев имели толщину от 7/8 до 11/16 дм. Заклепки для их соединения имели диаметр 1 дм. Клетчатый слой, образованный шпангоутами, стрингерами и флорами, накрывался вторым дном, простиравшимся от 13 до 99 шп. Он проходил до нижней броневой палубы и имел толщину от 7/8 до 7/16 дм (в оконечностях). Листы второго дна соединяли внакрой с высаженными кромками на двойном ряде заклепок.

От носа до кормы проходили три главные палубы корабля.

Нижняя броневая палуба выполнялась из двух слоев стали. На нижний слой толщиной по всей длине палубы 5/8 дм накладывался второй из броневой стали толщиной по длине котельного и машинного отделений 15/16, дм и в оконечностях 7/8 дм. Толщина 7-го (шп. 30-90) и 8-го (шп. 34-88) поясов верхнего слоя составляла 1 V, дм. Это значит, что толщина горизонтального участка палубы суммарно составляла 40 и 38 мм, а на скосах 54 мм. Предполагается, что в ходе последующих усовершенствований эта последняя величина могла быть доведена до 79 мм (Виноградов С.Е. "Последние исполины Российского Императорского флота", СПб., 1999).

Средняя броневая палуба на шп. 18-99 имела два слоя настила — нижний 7/8 дм и верхний 1 1/2 дм и 1 1/4 дм. Остальные листы палубы из хромо-никелевой стали имели толщину 1 дм.

Верхнюю броневую палубу выполнили из стальных листов толщиною 3/4 дм. Вне казематов 8-дм орудий ее усилили верхним слоем хромоникелевой стали толщиной 1 дм.

Навесная палуба вне каземата 120-мм орудий имела нижний слой толщиной 1/4 и верхний 3/4 дм из хромоникелевой стали. Обшивку борта 8-дм каземата набрали из стальных листов толщиной 3/8 дм, каземата 1 20-мм орудий — 1/4 дм. Высоту борта 1 20-мм каземата в оконечностях увеличили до 10 фт. 6 дм., достигнув тем самым возвышения концевых орудий на 3 фт, что обеспечивало угол их обстрела до 125°. Этот каземат разделялся продольной переборкой из крупповской нецементированной стали толщиной 1 дм, а между орудиями установили разделительные полупереборки толщиной 1 дм.

Главные поперечные водонепроницаемые переборки располагались на 4, 13, 15, 18, 24, 28, 34, 40, 46, 50, 56, 58, 62, 68, 73, 86, 90 и 99 шп. Продольные бортовые переборки (с каждого борта) располагались на протяжении от 28 до 86 шп. в 2,5 м от борта. Продольные переборки коридора позади бортовой брони нижней броневой палубы располагались на протяжении от 1 3 до 99 шп. в расстоянии 6 фт от стальной рубашки за броней. Диаметральная переборка толщиной 3/8 дм в машинном отделении (73-86 шп.) выполнялась из гофрированной (волнистой формы) стали с 11 трапециевидными гофрами глубиной около 400 мм. Складывавшаяся из вертикальных коробок, она исключала необходимость применения подкрепляющих стоек.

Стальная рубашка позади главного пояса имела толщину от 7/8 дм в середине до 11/16 дм в оконечностях. Деревянная подкладка под броню выполнялась из продольных брусьев лиственницы толщиной 6 дм и более. Рубашка позади брони подводной части по всей длине корпуса имела толщину 3/8 дм. Кожухи дымовых труб, поднимаясь от нижней броневой палубы до высоты 7 фт 6 дм над навесной палубой, и располагались между шп. 36-43 и шп. 52 - 66.

Нижний броневой пояс высотой 1 0 фт 6 лм при осадке 27 фт проходил ниже грузовой ватерлинии на 4 фт. Верхняя его кромка приходилась на уровне средней палубы. Тыльные стороны плит имели скосы — в расстоянии 3 фт сверху и 1 фт 6 дм ниже грузовой ватерлинии снизу. С каждого борта плиты имели следующие толщины:

½ на протяжении форштевня до 16 шп. (7 плит) — 5 дм при грузовой ватерлинии, 3 1/2 дм при верхней и нижней кромках; на шп. 16,5-34 (7 плит) — 6 1/2 дм и по 4 1/2 дм; на шп. 34-86 (21 плита) — 8 1/2 дм и — 6 дм; на 86-98,5 шп. (5 плит) — 6 1/2 и 4 1/2 дм; на 98,5-105 шп. (3 плиты) — 4 1/2 дм и 3 1/4 дм; от 105 шп. до ахтерштевня — 4 дм и 2 3/4 дм. Всего на оба борта установили 98 плит (крайние носовые и кормовые выполнялись из двух половин). Общий их вес составлял 1256 т.

Верхний броневой пояс располагался по всей длине корпуса между средней и верхней палубами. Их высота от 8 фт 9 1/4 дм в средней части корпуса увеличивалась к носу до 11 фт 9 дм и к корме до 9 фт 10 1/8 дм. Толщины плит составляли: от носовой оконечности до 18 шп. (6 плит с борта) — 3V8 AM; на шп. 18-37 (6 плит) — 4 дм; на шп. 37-65 (8 плит) — 5 дм; на шп. 65-98 (9 плит) — 4 дм; от шп. 98 до кормовой оконечности (5 плит) и на корме симметрично по диаметральной плоскости (1 плита) — 3 1/8 дм. Вес 69 плит на оба борта по спецификации составил около 594 т. По одному из сохранившихся чертежей, предусматривавшем вместе с кормовой 68 плит, их общий вес составлял 619 т, включая 9,2 т на броневые болты. Один броневой болт приходился на 5,24-6 кв. футов площади плиты. В отличие от главного пояса плиты (также из крупповской цементированной стали) выполнялись без скоса кромок, и устанавливались не на шельф (и без деревянных подкладок), а непосредственно на верхние кромки плит главного пояса. Крепили их непосредственно к рубашке такими же специальными броневыми болтами по чертежам, утвержденным МТК.

Казематы 8-дм орудий защищались с бортов броней толщиной 5 дм, а с оконечностей — траверзами толщиной 4 дм. Плиты имели высоту около 9 фт 3 дм. Все плиты, кроме четырех 3-дм дверей в траверзах и 2-дм плит под амбразурами орудий, выполнялись из крупповской цементированной брони. Вес всего бронирования каземата составлял 237 т. Орудия в каземате разделялись переборками толщиной 1 1/2 дм, а каземат —диаметральной 2-дм переборкой с двумя такими же 2-дм дверями. Казематы 120-мм орудий защищались с бортов броней толщиной 3 1/8 дм, задняя стенка листами 1-дм стали. Между орудиями установили 1-дм переборки. Вес 38 плит составил 105 т.

Броня вращающихся частей башен 12-дм орудий состояла из 7 вертикальных плит толщиной 8 дм и одной задней 10 дм. Крыши башен имели толщину 272 Дм, подшивка 4 дм. Общий вес брони одной башни равнялся 159 т. Неподвижная броня подачных труб имела толщину от 4 дм до 5 дм. Вес брони подачных труб нижнего яруса носовой башни составлял 35 т, кормовой — 32,6 т, верхнего яруса соответственно 66,7 т и 61 т.

Вращающиеся части башен 8-дм орудий с лицевой и тыльной сторон имели толщину 6 дм, боковых 5 дм., крыши башен 2 дм, подшивки 2 и 3 дм. Вес брони одной башни равнялся 85 т

Боевая рубка защищалась 8-дм плитами, соединенными в стыках шпонками, кормовой дверью такой же толщины и высотой 4 фт. Высота плит вертикальной брони составляла 7 фт 10 дм. Визирные отверстия в плитах боевой рубки шириной 3 дм располагались на расстоянии 12 дм от нижней кромки крыши.

Броневые крыша и пол боевой рубки изготовлялись из маломагнитной стали толщиной соответственно 4 дм и 3 дм. В полу прорезалось отверстие для трубы литой стали (внутренний диаметр 3 фт 6 дм и толщиной 4 дм), служившей для зашиты рулевого привода, проводников и переговорных труб. Внутренняя переборка рубки с ее дверями изготовлялись из 1-дм маломагнитной стали. Вес вертикальной брони рубки составлял 54 т, крыши 15,3 т, пола 10,8 т, броневой трубы 16 т, внутренней переборки 2,7 т

Нагрузка эскадренного броненосца «Андрей Первозванный».

Водоизмещение 16 483 т, скорость 18 уз, вооружение 4 12-дм, 12 8-дм и 20 120-мм пушек (тонны)

  По проекту Действительное
1 . Корпус стальной 5266,4 4966,9
2. Деревянные части корпуса 257,5 279.3
3. Внутреннее устройство (мебель, погреба) 126,9 272,7
4. Дельные вещи 128,2 165.9
5. Вспомогательные судовые устройства и механизмы 239,7 274,9
6. Отдельные механизмы и устройства для судовой жизни 483,4 472,4
7. Снабжение: якоря, цепи, шкиперское и другие принадлежности 222,0 222,0
8. Шлюпки 43,3 38,5
9. Мачты, стеньги, рея, такелаж 20,0 30.5
10. Подкрепления башен, отнесенные к корпусу (подачные трубы) 362,2 397,0
11. Устройства механизмов 12-дм и 8-дм башен 852,0 852,0
12. Броня 12-дм и 8-дм башен 998,7 1041,2
13. Броня борта, траверзов, казематов, котельных кожухов, бортовых переборок 2401,1 2515,4
14. Броня боевых рубок 128,0 133.0
15. Броня палуб и броневых колосников 1161,5 1477,6
16. Главные механизмы и котлы 1831,1 1831,1
17. Машинные материалы 20,0
18. Уголь при нормальном запасе 803,2 800.0
19. Судовые запасы 170,0 130,0
20. Артиллерия и боевые запасы 1370,6 1360.8
2 1 . Минное устройство и запасы 62,1 53.9
22. Экипаж 125,0 125,0
Курс проектирования судов, составленный профессором К. Боклевским для студентов кораблестроительного отделения С.Пб Политехнического института, С.Пб, 1904/1905. Литографированное издание кассы взаимопомощи студентов Политехнического института. 1905 ., с. 436).

Дальномерно-ходовая рубка конструктивно была выполнена подобно нижерасположенной боевой, но толщина плит вертикальной брони и двери составляла 2 дм, высота 6 фт 11 1/4 дм, двери — 3 фт 9 дм. Носовая плита выполнялась из маломагнитной стали, остальные из крупповской нецементированной. Визирные отверстия высотой 11 дм в вертикальной броне от средней линии визира до нижней кромки крыши отстояли на расстоянии 1 фт 9 дм. Крыша была из маломагнитной стали толщиной 2 дм.

Кормовая артиллерийская рубка по окружности собиралась из трех плит крупповской цементированной стали высотой 6 фт 3 дм и толщиной 3/8 дм, соединенных, как в дальномерной, в замок. Визирные 3-дм отверстия в вертикальной броне от средней линии визира до нижней кромки крыши отстояли в 12 дм. Пол рубки из крупповской нецементированной брони толщиной 1 1/2 дм имел отверстие для броневой трубы (из литой стали внутренним диаметром 3 фт, высотой 19 фт и толщиной 1 1/2 дм), предназначенной для зашиты проводников и переговорных труб. Выход трубы у броневого и легкого пола прикрывался 2V2 дм броневым комингсом.

Элеваторы подачи 8-дм и 120-мм боеприпасов к их орудиям защищались броневыми 1-дм трубами, установленными в расстоянии 2 дм от хода элеваторов. Труба по окружности состояла из двух частей, соединенных наружными стыковыми планками. Поверх люка элеватора каждая труба выступила на 4 дм. Четыре броневых трубы для элеваторов 8-дм орудий весили около 4,9 т, четыре трубы 120-мм элеваторов — около 5,3 т.

Вооружение корабля изготовил Обуховский завод (четыре 12-дм орудий длиной ствола 40 калибров, четырнадцать 8-дм орудий длиной ствола 50 калибров, двенадцать 120-мм орудий длиной ствола 45 калибров, а также четыре 47-мм салютных пушки и шесть 3-линейных пулеметов системы Максима, из которых четыре шлюпочных и два десантных).

По сведениям спецификации и "Судового списка" за 1914 г., дальность стрельбы башенных 12-дм орудий при угле возвышения 35° составляла 110 каб., скорострельность 1,2 выстрела в минуту, комплект на орудие равнялся 70 снарядам и зарядам. Башенные 8-дм орудия при угле возвышения 25° обладали дальностью стрельбы 95 каб., казематные (угол возвышения 20°) — 90 каб., скорострельность 2 и 2,5 выстрела в минуту соответственно, боевой запас — 110 выстрелов на орудие обоих видов установок.

120-мм орудия при угле возвышения 20° обладали дальностью стрельбы 65 каб., скорострельностью 7 выстрелов в минуту, боезапасом по 200 выстрелов. Спецификацией предусматривалось для 1 20-дм орудий достичь углов возвышения 25°, но местные условия установок, видимо, этого не позволили. Углы снижения орудий по спецификации составляли для 12-дм и 8-дм орудий: — 5°, для 120-мм — 7°.

Башенные установки относятся к виду наиболее сложных боевых устройств, которые по многообразию выполняемых операций, насыщенности механизмами и сегодня остаются особо выдающимися произведениями человеческого ума. Установки "Андрея Первозванного", как и сам тип корабля, завершали собой этап их развития. В русском флоте наибольшим опытом обладал С-Петербургский Металлический завод. Конструкция, предложенная им для "Андрея Первозванного", представляла развитие типа башен для броненосцев предшествовавшей серии "Бородино". Сохраняя прежний двухорудийный тип и удлиненно-цилиндрическую форму вращающейся части башен, завод в конструкции для 12-дм орудий добился устранения ее особенно уязвимого узла, примыкающего к бортам башни вращающегося с ней "навеса". Необходимость в этом навесе, который на броненосцах серии "Бородино", служил для прикрытия колодца неподвижного барбета башни, теперь была устранена благодаря более соразмерным соотношениям контура башни в плане с расположенным нал ней барбетом. Теперь барбет вписывался в габарит вращающей части башни и полностью охватывался нависающими над ними плитами вертикальной брони. Тем самым уменьшился риск заклинивания башни при попадании снаряда в стык брони и барбета. Еще ближе к типу новейших были башни 8-дм орудий, на которых с лобовой части был предусмотрен скос крыши, увеличивавший возможность рикошетирования попавшего в нее снаряда.

Но остался, однако, неустранимым главный унаследованный от предшествовавших типов недостаток — их цилиндрическая, хотя и вытянутая по длине конструкция. Это заставляло в вертикальной лобовой брони прорезать амбразуры значительно большей величины, чем при наклонном ее положении. Соответственно меньшими были ослабление плиты вырезом амбразуры и вероятность поражения прислуги башни. Изготовление круговой брони с двумя амбразурами заставляло из технологических соображений изготовлять лобовые плиты из двух половин со стыком в самом уязвимом месте — между амбразурами. Невыгодными вертикальные плиты были и с точки зрения сопротивляемости ударам снарядов. На малых и средних расстояниях, где скорость снаряда велика, удар приходится по плите нормально, а не под большим углом, как было бы с наклонной плитой. На больших же расстояниях угол встречи уже не имеет существенного значения, так как удар снаряда происходил со значительно уменьшившейся за время полета скоростью. В цилиндрических башнях сложнее решалась и проблема уравновешивания, отчего башни "Андрея Первозванного" отличались удлиненной формой.

Вертикальное наведение (обоими орудиями или порознь), так же как и горизонтальное, выполнялось электроприводом или вручную с соответствующим переключением передач. Первым способом 12-дм башня при крене 8° поворачивалась на 1 80° в течение 1 минуты. Ручное вращение действием добавочных цепных колес при тех же условиях и усилий на рукоятках 10 человек осуществлялось за 8 минут.

Подачу снарядов и зарядов внутри башни к орудиям как электрическими приводами, так и вручную, при возможности независимых действий для каждого орудия выполняли механизмы трех родов: зарядники, поднимавшиеся по укрепленным к подач ной трубе и столу башни направляющим; лебедки, которые приводят зарядники в действие; особые подвижные (связанные между собой) желоба для подготовки снарядов и неподвижные желоба для подготовки полузарядов.

Приспособления для заряжания, то есть досылки снарядов и полузарядов в камору орудия, состояло из прибойников, приводимых в действие лебедками. Заряжение могло происходить как действием электрического привода, так и вручную. Прибойники представляли сложную систему приводов, включающих зубчатые дуги, шестерни, цепные колеса. Кинематически связанные с приводами вертикального наведения орудия, прибойники могли действовать при углах заряжания от +3° до - 3°.

Подача полузарядов из зарядных погребов в подбашенное помещение кормовой башни осуществлялось вручную, а носовой — посредством специального подъемного устройства — подъемной рамой. В пределах башенных установок предусматривалась проводка шести переговорных труб (диаметром 3 дм). От рубки башенного командира трубы шли в центральный пост и в обе комендорские рубки разветвлением обшей трубы, от правой и левой комендорских рубок — к месту ручного вращения установки, от правого и от левого верхних зарядных постов — к местам нагрузки соответствующих зарядников. Вес брони носовой башни составлял 260,7 т; кормовой — 252,6, вес конструкции и механизмов каждой башни без орудий — 224 т. (Все тонны английские).

Бомбовые погреба 12-дм орудий располагались непосредственно под башнями — в подбашенном отделении. Снаряды размешались радиально в кольце вокруг подбашенной переборки между платформой и нижней палубой. Погреб каждой башни рассчитывался на 156 снарядов, укладывавшихся в гнездах между радиальными стойками, служащими подкреплением башни. Стеллажи могли вмешать 75% от боевого комплекта орудийных снарядов длиной 38 дм и 25% бронебойных снарядов длиной 323/4 дм. Предусматривалось и хранение учебных чугунных снарядов длиной около 32 дм.

Из предусмотренных на корабле трех зарядных погребов носовой башни два размешались в трюме под башней (1 8-24 шп.) и один на платформе впереди подбашенного отделения (18-21 шп.). Аля кормовой башни отводилось два погреба по бортам на "сниженном кубрике" (90-95 шп.). Их полузаряды в футлярах хранились на полках металлических стеллажей по два на глубину каждого. Емкость погребов каждой башни составляла 120 боевых и 36 учебных выстрелов. Конструкция башен 8 дм в основном повторяла принятую для 1 2-дм орудий, но механическую подачу, отличавшуюся применением бесконечной подачной ленты, пришлось, по опыту подачи в казематах, заменить на более производительную ручную.

Минное вооружение включало два подводных траверзных минных аппарата Металлического завода системы инженера Данильченко. Аппараты устанавливались вблизи переборки у 28 шп. и в 12 фт 3 дм ниже грузовой ватерлинии. Сжатый воздух от насосов давлением до 110 атм. мог подаваться в резервуары мин, в воздухохранители минных аппаратов и в башни 1 2-дм орудий. Шесть мин Уайтхеда (торпед) диаметром 45 см хранились по три вблизи своих аппаратов в их помещении на поворотных кронштейнах (вдоль переборки 28 шп. с правого борта, на стойках у 25 шп. с левого борта и на тележках тут же в отсеке. Шесть боевых зарядных отделений и подрывные патроны хранились в минном погребе в трюме с правого борта (шп. 24-28). Погреб мог затапливаться от кингстона на 27-28 шп. правого борта, приводимого в действие штоком со средней палубы. Аля подъема мин с воды (по окончании учебных стрельб) использовали две поворотные трапбалки носовых командных трапов и ручные лебедки. Мины на тележке доставляли под мостик над центром минного люка, где, подхватив ее стропом, опускали в люк у 27-28 шп., и передавали в отсек. Аля предохранения мины от ударов во время спуска на нее надевали металлический кожух с плотно прилегавшей к корпусу мины внутренней деревянной облицовкой. От люка к месту хранения и затем к аппаратам мины передавали посредством подвесных рельсов и двух поворотных кругов. К номенклатуре минного вооружения относились также минная кладовая, минные указатели и установленные в боевой рубке минные прицелы.

Более 30 лет считавшиеся неотъемлемой принадлежностью линейного корабля (несмотря на высказывавшиеся сомнения) мины Уайтхеда на "Андрее Первозванном" продержались до 1916 г. Тогда только мнение о несовместимости торпед с назначением линейного корабля стало общепринятым.

Главные паровые машины корабля — вертикального типа или, как еще нередко писали в спецификациях, "с вертикально опрокинутыми цилиндрами", располагались в двух разделенных гофрированной переборкой отсеках между 73 и 86 шп., то есть на протяжении 15,85 м. Из желания перестраховаться и в силу меньшего конструкторского и технологического опыта, Франко-русский завод спроектированным и построенным им машинам (спецификационная мощность 2x8800 л.с.) задал заметно увеличенные размеры цилиндров (в скобках величины, принятые Балтийским заводом для "Императора Павла Г), высокого, среднего и низкого давления: 1070 (934), 1615 (1 524), 1 940 (1 753). Меньше был и ход поршня 1030 (1143) мм. Спецификационная частота вращения составляла 120 об/мин. Давление в золотниковой коробке цилиндра высокого давления составляло 1 6 кг/см2, расход угля — не менее 1 кг (2,44 русских фунтов) на каждую индикаторную лошадиную силу. Машины снабжалась двумя самостоятельными воздушными насосами системы Блэка. Суммарная площадь охлаждающей поверхности главных холодильников равнялась 1950 м2 (21 000 квадратных футов).

В машинных отделениях располагалось также по одной трюмно-пожарной помпе Вортингтона (напор 8 атм, подача 50 т/час), по одному насосу пресной воды системы Вортингтона (подача 150 т/час), по одной вспомогательной помпе Вортингтона (25 т/час) для подачи воды из запасных цистерн с последующим перекачиванием в запасные и напорные цистерны. Убыль воды в котлах пополняли также два испарителя отечественной системы Р. Круга. Главные циркуляционные помпы (по две в машинном отделении) перекачивали воду через четыре главных холодильника. Они же могли действовать и как водоотливные средства. Питательная вода от главных воздушных насосов поступала в теплые ящики, снабженные 5 подогревателями воды Р. Круга.

25 водотрубных котлов, традиционно применявшихся в русском флоте французской системы Бельвиля без экономайзеров, имели суммарные площади нагревательной поверхности 4743,63 м2, колосниковых решеток 153,71 м2. Котлы принадлежали к группе широкотрубных (диаметр водогрейных трубок от 102 до 116 мм) с малым (около 8°) наклоном их к горизонту. Отличавшиеся малой емкостью воды (около 8% от полного веса котла), они в свое время рекламировались как "не взрываемые", но в то же время нуждались в особо внимательном уходе и наблюдении за их работой. Всякий промах мог обернуться пережогом трубок и выводом котла из действия. При чрезвычайной трудности подготовки квалифицированных кочегаров (из-за низкого уровня грамотности в стране) и постоянно лихорадившем флот некомплекте машинных команд не исключались и частые аварии.

По простоте разборки — отсоединения прямолинейных трубок от коробок-элементов — котлы считались уступающими лишь котлам также французской системы Колле-Николосса (см. об этом книгу автора "Крейсер "Варяг", Л., 1975; Л., 1 983), но это удобство разборки при обилии резьбовых соединений и их "прикипания" оборачивались на практике большой трудоемкостью работ и риском повреждения трубок. Резьбовые соединения, вызывая почти неустранимую потерю воды в соединениях, снижали экономичность действия котлов. Ко времени постройки "Андрея Первозванного" котлы Бельвиля уже прошли пик своей популярности и вытеснялись в мире более технологичными, удобными, простыми, надежными типов Ярроу, Нормана, Бабкок-Вилькокса.

Но отличавшийся особой рутинностью взглядов механический отдел МТК настоял на сохранении типа котлов Бельвиля и, вопреки всем соображениям эффективности и экономичности, собирался их применять и на проектировавшихся в то время дредноутах. А.Н. Крылов рассказал, как ему пришлось прибегнуть к специальной организационной уловке, чтобы с помощью голосов инженер-механиков плавающих кораблей принять в МТК решение об установке на дредноутах менее тяжелых и более производительных котлов Ярроу, а не Бельвиля, на которых настаивал механический отдел МТК. И, может быть, именно пример заведомо устарелых решений "Андрея Первозванного" прибавил А.Н. Крылову смелости бороться за технический прогресс в проекте дредноутов.

От старомодных рулевых приводов с перекладывавшейся с борта на борт румпельной тележкой, "внедренных" по французскому образцу "Цесаревича" на кораблях серии "Бородино", отказались. Вместо них вернулись к освоенной на предшествовавших кораблях серии "Бородино" системе с винтовым приводом Девиса. Паровой и электрический приводы к рулю, благодаря передаче, изобретенной инженером Балтийского завода Н.А. Федоринким, могли управлять рулем как по отдельности, так и совместно, усиливая один другой. Устройство Н.А. Федоринкого состояло из преобразователя (мотора-генератора мощностью 152 л.с.), установленного в помещении кормовой динамомашины (90 шп.) и рулевого мотора (120 л.с.), установленного в кубрике (99-104 шп. у правого борта) в водонепроницаемой выгородке. Для управления рулем служили четыре штурвала: в ходовой и боевой рубках, в центральном посту и рулевом отделении. Здесь же располагались электрические приводы управления золотником паровой рулевой машины системы Н.К. Гейслера, соединенные с системой рулевых указателей.

Нормальный запас угля, предусматривающийся первоначальной проектной нагрузкой, от 25 января 1903 г., составлял 850 т, но фактическая емкость 19 угольных ям, по чертежу 1908 г., равнялась 1584,79 т. По Судовому списку 1914 г. при водоизмещении 1 8500 т нормальный запас составлял 1500 т, а "усиленный" — 1 738 т. Сходные данные — 1400 т и 1500 т (при водоизмещении 18580 т) приводил и Список, составленный в МГШ в 1917 г. Очевидно, что при совершившейся по примеру броненосцев типа "Бородино", оказавшейся опять неотвратимой перегрузке "нормальный" запас становился весьма условной величиной, определявшейся сообразно пределам осадки и обстоятельствам плавания. "Усиленный" же запас брался, видимо, лишь в особо дальние плавания.

Водоотливная система корабля включала 11 центробежных насосов ("турбин"), подачей 500 т/час, которые могли откачивать воду из 18 отсеков, образованных на корабле поперечными и продольными переборками. Каждая турбина (с горизонтальной осью) устанавливалась на настиле второго дна и приводилась во вращение электромотором постоянного тока мощностью 35-39 л.с. в водонепроницаемом исполнении. Турбины располагались или в выгородках, куда вода через перепускные клапаны поступала из смежных отсеков, или непосредственно в погребах боеприпасов, в котельных и машинных отделениях, в румпельном и кормовом отделениях. За борт вода удалялась через отливные трубы, проходившие в междудонном пространстве, между 5 и 6 стрингерами. Приемные и отливные трубы изготавливались из цельнотянутых красномедных труб, клапана, клинкеты, тройники и патрубки, фланцы и другие детали — из пушечного металла (сплава красной меди с оловом и добавление цинка). Каждая отливная труба снабжалась клинкетом у борта и невозвратным клапаном. Штоки от клинкетов выводились на среднюю палубу. Предусматривались также две переносные отливные турбины, подачей 200 т/час со своими приемными и отливными шлангами. Для контроля наличия воды в отсеках служили воздушные трубки, а в каждом междудонном водонепроницаемом отсеке — измерительные трубки.

Осушительная система, служащая для удаления небольших масс воды из трюма, включала 11 паровых насосов Вортингтона подачей на 50 т/час. Напор в магистралях составлял 8 атм. Отливные трубы всех насосов выводились за борт под шельф нижней броневой палубы и снабжались забортными и невозвратными клапанами у борта.

Пожарная система включала проведенный по всему кораблю медный 127-мм магистральный трубопровод. Идя под нижней броневой палубой (в коридорах паровых труб), она в оконечностях при 28 и 91 шп. поднималась под бимсы средней палубы, от магистрали вверх на все четыре палубы к пожарным кранам поднимались отростки диаметром 102 мм. Систему обслуживали шесть трюмно-пожарных насосов осушительной системы. Чтобы действовать при повреждениях, магистраль разделительными клапанами могла разобщаться на четыре участка, а каждый выходящий отросток снабжался разобщительным клапаном под броневой палубой. К пожарным кранам в палубах подсоединялись пожарные шланги. На случай бездействия паровых приводов (когда корабль не имел паров) предусматривались две традиционные (со времен парусного флота) ручные помпы Стона диаметром 7 дм. К "предохранительным дождям" на всех сходных шахтах машинных и котельных отделений, а также для периодического промывания командных гальюнов воду из магистрали брали от отростков диаметром 64 мм.

Затопление 11 погребов боеприпасов и двух балластных цистерн (на втором дне в оконечностях) осуществлялось от кингстонов с присоединенным к каждому разобщительным клапаном, к которому в свою очередь присоединялись клапан или клапанная коробка группы погребов. Кингстоны открывались маховиками, установленные при них штоки от клапанов затопления выводились на среднюю палубу, где их закрывали на замки. На замки могли запираться каждый кингстон и его разобщительный клапан.

Креповая система решала две задачи: автоматическое уменьшение крена перепусканием воды из отсека в отсек и выпрямление корабля затоплением отсеков противоположного борта. Автоматическое перепускание воды из одного из затопленных машинных отделений в противоположные позволяло образовавшийся при этом крен уменьшить с 13,5° до 5,5°. Управляемое затопление бортовых отсеков 40-73 шп., позволявшее уменьшить крен до 4° осуществлялось установленными в них забортными клапанами затопления. Их штоки выводились на среднюю палубу. Эти две системы вместе с идеей сплошного бронирования борта составляли, бесспорно, одно из самых значительных воплощений уроков и опыта минувшей войны.

Дифферентная система обеспечивала устранение дифферентов на нос и на корму. Заполнение соответствующих балластных цистерн (4-13, 99-103 шп.) выполнялась через судовые кингстоны, уже называвшиеся в системе затопления погребов. Штоки от клапанов затопления к кингстонам также выводились на верхнюю палубу.

Валопровод соленой волы включал насосы (по 10 т/час), подававшие воду от кингстонов в коллектор (труба красной меди диаметром 3 дм), от которого шли трубы (с разобщительными клапанами) к потребителям: в ванны, гальюны, умывальники, подогреватели, в бани к душам, к раковинам в камбуз. Коллектор проходил под бимсами верхней палубы с левого борта, насосы устанавливались в сходных шахтах котельных отделений на нижней броневой палубе.

Валопроводы береговой и опресненной волы работали по такой же схеме (два насоса — коллектор — потребители), но воду брали соответственно из цистерн в междудонном пространстве (40-43 шп.) и из цистерн, наполняемых водоопреснительными аппаратами. Береговая вода подавалась в ванны, умывальники, подогреватели, в бани к душам, к раковинам в камбузах и буфетах, а опресненная в камбузы, лагуны, буфеты, самовары, в погреба боеприпасов, в машинные и котельные отделения. Все насосы применялись системы Вортингтона (опреснительной воды — по 5 т/час) и дублировались для обеспечения бесперебойного действия. Системы грязной воды и фановые также проходили по всему кораблю и снабжались соответствующими стоками к выведенным за борт шпигатам.

Система парового отопления змеевиковыми грелками распространялась на все жилые помещения как офицеров, так и команды, а также котельные и машинные отделения. Питание системы производилось от детандеров, установленных на трубе свежего пара вспомогательных механизмов и соответствующих распределительных коробок. От них проводились трубы к грелкам отопления, подогревателям, самоварам, к судовой сушилке, в прачечную к ее аппаратам, к кингстонам и забортным клапанам для их продувания.

Трубопровод свежего пара обеспечивал работу всех вспомогательных механизмов главных машин и весь обширный состав названных ранее вспомогательных механизмов и приводов. Пар от главных паровых котлов подавался в две магистральные трубы, проходившие под нижней броневой палубой по обоим бортам от 34 до 86 переборки. От них к потребителям вели соответствующие отростки.

Соответствующей, повторяя линию подачи пара к потребителям, была система отвода от потребителей отработанного ими пара, который шел в его магистральную трубу. Из нее пар по собственной трубе выпускался в атмосферу. Столь же развитой была система труб, посредством которых происходило продувание всех вспомогательных механизмов. Корабль буквально дышал паром, являя собой отовсюду испускающее из себя пар чудовище.

Такое подавляющее преобладание паровых приводов (электрическими были лишь башни и дублирующий привод к рулю) при уже вполне наступившем веке турбин и электричества составляло одно из отличий двух додредноутов, словно бы отступивших в прошлый век. И в этом смысле "Андрей Первозванный" и "Император Павел I" не могли обогатить дредноуты полезными уроками и положительными примерами. Это был действительно впечатляющий парад высших достижений, к которым техника паровых поршневых машин пришла к порогу своего развития. И корабли, оказавшись на этом пороге, словно бы передавали эстафету прогресса тем, которые приходили им на смену. Но велик был и опыт, который на дредноутах мог быть использован с несомненной пользой. Вместе с конструкцией корпуса, системой бронирования, обеспечением непотопляемости и выпрямления корабля, башенными и казематными установками, средствами связи и всем тем, что касалось морской практики "Андрей Первозванный" располагал и полезным опытом вентиляции патронных погребов.

Система вентиляции патронных погребов составляла пять самостоятельных групп, располагавшихся автономно каждая в своем непроницаемом отсеке. Аля поддержания стабильного режима хранения бездымного пороха при температуре, не превышающей 25°С (температура наружного воздуха +40°С). Каждая группа снабжалась своей холодильной установкой. Ее комплект в каждой из пяти групп погребов (шп. 15-25, 28-34, 46-50, 68-73, 86-103) включал один компрессор с электродвигателем, один испаритель, один циркулярный насос двойного действия с электродвигателем, четыре воздухоохладителя с вентиляторами и четыре вытяжных вентилятора. Аля каждого погреба, сверх того, предусматривалось по одному воздухоохладителю и по одному вдувному и вытяжному вентилятору.

Система вентиляции помещений корабля решала задачи, еще не ставившиеся в русском флоте. Требуемый гигиеной и условиями жизнедеятельности людей обмен воздуха нужно было обеспечить в тесном подразделении отсеков пятипалубного корабля при отсутствии путей поступления воздуха, которыми обычно служили иллюминаторы. Бывшая камнем преткновения проектировщиков и строителей едва ли не всех кораблей русского флота, вентиляция на "Андрее Первозванном" уже самой конструкцией была обречена на постоянные, но малоуспешные усовершенствования. Помочь могла лишь система кондиционирования, но о ней, существуй она даже в природе, не приходилось и мечтать. Как сказал как-то адмирал В.А. Белли, "в России всегда не хватало денег", а в описываемое время денег на флот особенно недоставало. И немалым подвигом для офицеров и матросов двух додредноутов были жизнь и служба при недостатке вентиляции и практическом отсутствии естественного освещения в каютах, кубриках и отсеках.

Неоднократно совершенствуясь, система вентиляции вместе с воздушными втяжными и вытяжными каналами трубопроводов включала 64 стационарных вентилятора. Полагалось также 6 переносных вентиляторов (главным образом, на случай порчи системы охлаждения и вентиляции погребов боеприпасов).

Рефрижераторная установка оснащалась холодильным оборудованием, аналогичным применявшемуся в погребах боеприпасах. Ее камера изолировалась от стальной обшивки корпуса лапидитом и изнутри обшивалась сосновыми досками. В трех ее отделениях хранили предназначенные для всего экипажа (не исключая и командира) мясо, рыбу, овощи. В четвертом находились сыр, масло, закуски, фрукты, яйца и жидкости в бутылках. Температура в каждом отделении могла поддерживаться в пределах от +4° до +2°С или от —2° до —4°С.

Одновременно со штатной работой установка за 5 часов могла произвести до 8 пудов льда в формах, при работе только на лед — до 20 пудов за 5 часов.

Брашпильное устройство на средней палубе (8-19 шп.) состояло из двух паровых машин и приводимых ими в действие брашпиля и выведенного на верхнюю палубу шпиля. Паровым был и кормовой шпиль на нижней броневой палубе (шп. 99-103), приводимый в действие своими двумя машинами. Баллер шпиля, соединяясь со штурвальным валом, мог управлять рулем при повреждении рулевых машин.

Рулевое управление с помощью привода Аевиса обеспечивало поворот пера руля на 35° в сторону от диаметральной плоскости и обеспечивалось паровым и электрическим приводами. Золотниками паровой рулевой машины можно было с помощью гидравлического привода управлять из боевой рубки и центрального поста. Предусматривалось и ручное управление из рулевого отделения.

Корабельная электростанция состояла из шести пародинамомашин системы компаунд постоянного тока, напряжением 105 в. Машины поставлял ревельский завод общества "Вольта" с паровыми приводными машинами московского завода "Феникс". Потребителями энергии были все названные электроприводы, а также сеть ос-вешения (до 1800 ламп накаливания), четыре фонаря специального освещения, два прожектора диаметром металлических зеркал 907 мм фирмы "Сотер и Харсе". Две динамо по 640 ампер с двигателем 1 25 л.с. располагались одна на средней палубе с правого борта (шп. 24-28), другая в нижней палубе в диаметральной плоскости (шп. 68-73). Четыре динамомашины по 1500 ампер располагались по обе стороны от переборок машинного отделения на кубрике: две на шп. 23-28, две на шп. 86-90. Из-за большого числа паровых механизмов суммарная мощность электростанции (четыре динамо по 157 квт и две по 67 квт) — 764 квт оказались такой же, как и на броненосце "Бородино". Опыт установки динамо-машин в едином блоке всей энергетики в машинном отделении, как было сделано на последних броненосцах серии "Бородино", применен не был. Сказаться могли соображения живучести или компоновки главных машин. Самостоятельные станции каждой динамо-машины были оснащены необходимыми контрольно-измерительными приборами, магистралями и автоматическими выключателями для параллельного соединения двух носовых динамо по 1500 ампер, двух кормовых по 1500 ампер и двух по 640 ампер попарно между собой. На станциях нижних динамо по 1500 ампер предусматривались средства для подключения запасных приводов к электродвигателям башен 1 2-дм и 8-дм орудий и рулевого привода.

Канализация электрического тока осуществлялась по двум кольцевым магистралям — одна для электродвигателей, другая для освещения. Обе магистрали проходили по бортовым коридором нижней палубы от 28 до 90 шп. На случай ремонта, аварийной ситуации или боевых повреждений магистраль можно было разделить на восемь продолжавших действовать отрезков.

Управление и связь осуществлялись из трех рубок (боевой, дальномерной, кормовой артиллерийской) в надводной части и двух постов внутри корпуса — центрального и поста в рулевом отделении. Внутрикорабельная связь осуществлялась развитой системой переговорных труб, включавших, кроме внутрибашенных, и линию переговоров между командными и боевыми постами. В частности, из боевой и ходовой рубок переговорные трубы были проведены к главнейшим постам артиллерии, в оба машинных отделения, к станции рулевого электродвигателя, в центральный пост, в артиллерийскую и дальномерную рубки (с правой и левой стороны), к бортовым дальномерным постам правого и левого борта. Почти столько же труб было проведено из центрального поста. Переговорными трубами между собой сообщались машинные и котельные отделения, станции динамомашин, главные носовой и кормовой компасы, а главный носовой — с компасами в ходовой и боевой рубках, боевая рубка с обоими минными аппаратами, посты выгрузки элеваторов 1 20-мм и 8-дм казематных орудий с обслуживаемыми ими соответствующими казематами и их погребами. Аля передачи сигналов тревоги на корабле вблизи важнейших боевых постов было установлено в обшей сложности 42 колокола громкого боя.

Система каютных звонков подразделялась на восемь отдельных цепей: на вахту (из кают адмирала, начальника штаба, командира, старшего офицера и кают-компании); адмиральского и командирского помещений; офицерских помещений ("нумерной аппарат в офицерском буфете на 40 нумеров для вызова вестовых во всех офицерских каютах, в кают-компании и в ванных"); в судовую канцелярию (кнопки от письменных столов командира, старшего офицера и ревизора); в типографию (из кают начальника штаба и трех флагманских офицеров); авральных звонков (четыре звонка в офицерских помещениях и кнопка на носовом мостике); вызова фельдфебелей и боцмана. Система звонков и кнопок при компасах использовалась при работе по уничтожению их девиации.

Минные указатели системы Н.К. Гейслера устанавливались для передачи приказаний из боевой рубки, от минных прицелов к траверзным минным аппаратам. Рулевые указатели и штурвалы также фирмы "Н.К. Гейслер и К°" передавали приказания в рулевые отделения с одновременным указанием положения пера руля. Их устанавливали по одному в ходовой и боевой рубках, в центральном и рулевом постах. Система рулевых указаний была связана с системой электродвигателей для управления золотником паровой рулевой машины с применением в необходимых случаях переключателей.

Приказания в машинные отделения могли передаваться по одному из трех электрических телеграфов фирмы "Н.Е. Гейслера и К°", снабженных колонками с ответными указателями. Они располагались в ходовой и боевой рубках, третий — в центральном посту. В каждом машинном отделении находилось два приемника со звонками громкого боя.

Радиосвязь по времени вступления корабля в строй была уже полноправным средством связи и управления, ушедшим далеко вперед от скандальных опытов применения радио во время войны с Японией. Установленные на корабле две радиостанции мощностью в 2 квт системы Морского ведомства и мощностью 8 квт германской системы Телефункен обеспечивали дальность связи 300 и 600 миль. 8-килловаттная станция стала первым полученным флотом образцом станции нового поколения — "звучащего типа". Эта станция в отличие от прежних искрового типа позволяла принимать в телефонах приемной станции музыкальную мелодию, позволявшую уверенно отличать телеграфные знаки от атмосферных разрядов. Дальность действия станции теперь неуклонно увеличивалась. Аля внутриэскадренной связи применялись специальные маломощные рейдовые станции, сигналы которых оказывались недоступными для перехвата. Ожидалось и начало применения звукоподводной связи между кораблями.

Существенно, в сравнении с доцусимскими временами, и количественно, и качественно изменился состав базисных дальномеров. Их теперь на корабле было в четыре раза больше, чем по первоначальной норме МТК 1902 г. В полной мере сохранялись и получили дальнейшее развитие традиционные виды обмена визуально видимыми сигналами — флагами по сигнальным сводам, условными фигурами — шарами и конусами. Усовершенствовалась применявшаяся еще до войны с Японией сигнализация вспышками специальных электрических фонарей, предусмотренная переизданными в 1909 и 1911 г. "Правилами сигналопроизводства" и книгами одно-, двух- и трех-флажных сигналов. Готовились к применению сигналов цветными дымами, "звездками" и трубками-факелами системы Сем - для освещения траектории и места попадания снарядов. Война помешала довести до конца эти-эксперименты.

Мачты, шлюпки, якоря, дельные веши. Мачты корабля поражали всех своей невиданностью и внешне напоминали мачты американских дредноутов. Но ни мачты этих кораблей, ни гиперболоидные мачты русского инженера В.Г. Шухова в русском флоте не применялись.

Мачты "Андрея Первозванного", не повторяя ни один из названных здесь образцов, были вполне оригинальны. В спецификации мачты названы "трубчатыми". Нет сведений и о сколько-либо внятных обоснованиях столь экстравагантного выбора (английские простые треноги были уже известны), о расчетных и экспериментальных (вплоть до расстрела натурной или модельной конструкции) исследованиях прочности, живучести и вибростойкости мачты. В спецификациях обоснованиям решений места нет, объяснительные записки к проектам прилагать было еще не принято.

Из спецификации следовало, что корабль имел две "трубчатые мачты", на салинге которых устанавливалась "рубка наблюдательного пункта", а также деревянную стеньгу и одну металлическую "трубчатую рею" (так в документе), укрепленную под салингом для сигналов. Мачта высотой от навесной палубы 100 фт (от грузовой ватерлинии 1 24 фт) изготовлялась из стальных трубок диаметром от 6 дм до 4 дм. На мачте предусматривалось по высоте "десять связующих поясьев". Салинг изготовлялся из листов стали толщиной 3/16 дм. Его к мачтовому верхнему листу крепили угловой сталью. Рубка выполнялась из листов 1/6 дм. Конической формы стеньга имела диаметр 144/5 дм, высота ее от салинга равнялась 50 фт. Металлические реи имели диаметр 5 дм и 4 1/2 дм. Снаружи мачты предусматривался трап, а в салинге горловина для лаза с легкой крышкой.

Описание "Императора Павла I" позволяет уточнить, что его мачта состояла из 1 2 звеньев, связанных между собой "бугелем", сделанным из коробчатой и листовой стали и прикрепленным крестовиной из коробчатой стали. Очевидно, что такое соединение малоудобных для конструктивной связи трубчатых элементов, да еще лишь исключительно на клепке, получалось достаточно громоздким, тяжеловесным и едва ли обеспечивавшим надлежащую жесткость. Усложненной, в отличие от мачт В.Г. Шухова с их прямолинейными элементами, была и вся конструкция — с эллипсом (около 13,3x9,3 фт) в основании и окружностью (диаметром около 3,8 фт) по салинговому срезу. Эта бросающаяся в глаза неконструктивность стала поводом для неоднократных предложений о замене мачт на одну центральную.

Шлюпки и якоря, издревле, после весел и парусов, составлявшие главнейшую статью снабжения корабля, сохраняли свой традиционный тип: первые - со времен эскадр Ушакова и Нахимова, вторые - принятые флотом после затянувшихся раздумий и сомнений 1880-90 гг., когда якоря Холла на флотах мира были приняты повсеместно. В оснащении шлюпками дыхание нового века ощущалось появившимися на корабле запахами бензина и керосина. Вместе с традиционными гребными судами - верными и выносливыми реликтами парусной эпохи гребно-парусными 20-весельными барказами, 14-весельными легкими катерами, 6-весельными вельботами и 6-весельными ялами — дожившими до наших дней "шестерками" (каждого типа по две шлюпки) - корабль получил и два представителя технического прогресса - 40-футовый паровой катер (этот тип начал развитие с 60-гг. XIX в.) и 40-футовый моторный катер - детище начавшейся с конца XIX в. эпохи моторов. Сверх того, один из барказов был оснащен керосиновым двигателем с гребным винтом.

Веяние прогресса отражал и новый тип принятого на корабле якорного устройства. "Андрей Первозванный" стал первым линейным кораблем флота, получившим не только современные якоря Холла, но и право втягивать их в бортовые клюзы без изнурительных операций взятия якоря "на

кат", "на фиш" и прочих, превращавших уборку якоря в затяжное и опасное приключение. Теперь .в оснащении якорным устройством корабль стал вровень с требованиями XX в. Ставшее удобным и безотказным якорное устройство "Андрея Первозванного" включало два становых и один запасной якорь системы Холла, весом каждый по 480 пудов, один 35-пудовый верп, два 110-пудовых стоп-анкера. Две становых цепи калибром 2 2/3 дм (69,85 мм) имели длину по 150 саж. (такая же цепь запасного якоря 100 саж). Подъем и отдачу якорей обслуживали шпилевая машина на средней палубе, два укороченных стопора Легофа, два бортовых клюза, позволявших втягивать в них якоря, два палубных клюза для прохода цепей на шпиль, четыре талрепа для подтягивания якорей в клюзы найтовым стопором по-походному, два цепных накидных стопора и два цепных стопора с глаголь-гаками.

Из обширной номенклатуры дельных вещей, насчитывавших 18 позиций, следует отметить руль, отличавшийся полубалансирной конструкцией. Представляют интерес размеры внешних отличий корабля — 15 дм высота накладных литых медных букв названия корабля и 28 фт и 20-фт высоты флагштока и гюйсштока.

Особенностью корабля, как и его сверстника "Императора Павла I", было применение палубных иллюминаторов.

Они, известные еще в парусном флоте, должны были хотя бы отчасти исправить последствия слишком экстремистского проектного решения. В офицерских каютах и помещениях команды иллюминаторы устанавливали из литой меди, с просветом для стекла 6 дм. Иллюминаторы офицерских помещений открывались на петлях и закрывались на три барашковых задрайки. Аля зашиты стекла со стороны палубы предусматривались стальные решетчатые крышки, крепившиеся к наружным кольцам. Под иллюминатором для стока воды подвешивались металлические поддоны со стеклянным дном. В помещениях команды задраек не применяли, и иллюминатор вворачивался на место наружным кольцом. На место иллюминатора, когда он бывал снят, устанавливались решетчатые вентиляционные крышки и поддоны. Все иллюминаторы прикрывались броневыми крышками. В офицерских помещениях броневую крышку ставили на место наружного кольца и крепили ее болтами. Крышки иллюминаторов в помещениях команды вкручивались, как и иллюминатор, в наружное кольцо.

Таким он был, предоставленный, конечно, далеко не во всех подробностях, то опережавший свое время, то непоправимо от него отстававший, линейный корабль-додредноут "Андрей Первозванный".