Корабли Подводные лодки Морская авиация Вооружение История Статьи и заметки Новости Разное

Журнал "Бриз" 7 - 1996

РОССИЙСКИЙ ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ В МОРСКИХ СРАЖЕНИЯХ РУССКО-ТУРЕЦКОЙ ВОЙНЫ 1787-1791 годы.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

керченское сражение 8 июля 1790 года

В кампании 1790 года турецкое командование планировало силами своего флота провести в Крыму высадку десанта, собранного в портах кавказского побережья, главным образом, в Анапе. Одновременно 40-тысячная турецкая армия готовилась к наступлению на Кубани. С 16 мая по 5 июня контр-адмирал Ф.Ф.Ушаков с эскадрой из 3 линейных кораблей, 4 фрегатов, 1 репетичного судна и 11 малых крейсерских судов совершил крейсерство у берегов Анатолии и Кавказа "для поиска неприятеля", захватил несколько призов и обстрелял укрепления и турецкие корабли в Синопе и Анапе, но не обнаружил главных сил турецкого флота.

Турецкий флот под командованием капудан-паши Хюсейна вышел из Босфора во второй половине июня 1790 года. 28-29 июня он показался у берегов Крыма между Севастополем и Ялтой. Предполагая, что противник направился в сторону Керченского пролива, Ушаков 2 июля вышел с флотом в море на его поиски. Российский черноморский корабельный флот насчитывал 10 линейных кораблей (включая один 80-пушечный и четыре 66-пушеч-, ных), 6 фрегатов, 1 репетичное судно, 13 малых крейсерских судов и 2 брандера. На кораблях линии (линкоры и фрегаты) имелось 836 орудий. Пройдя вдоль берегов Крыма до Тамани, Ушаков утром 8 июля, направив крейсерские суда в дозор, встал с флотом на якорь у Керченского пролива.

Вскоре после 9 часов 30 минут крейсерское судно, державшееся в стороне Анапы, сигналом донесло о появлении противника. Через полчаса на мглистом горизонте показался турецкий флот в составе 10 линейных кораблей (в том числе четыре флагманских), 8 фрегатов и 36 судов других классов, включая бомбардирские корабли, шебеки, бригантины, лансоны и кирлангичи. Всего на линейных кораблях и фрегатах имелось до 1100 пушек. Таким образом, турецкий флот имел некоторое превосходство в количестве кораблей в линии баталии и явное превосходство в количестве пушек.

Ушаков решил принять бой под парусами, снялся с флотом с якоря и построил линию баталии из 16 кораблей и фрегатов, имея в авангарде капитана бригадирского ранга Г.К.Голенкина на 66-пушечном корабле "Мария Магдалина".

линия баталии российского флота

Всего: 10 кораблей (фактически 596 пушек) и 6 фрегатов (фактически 240 пушек), численность экипажей более 6500 человек.

авангард

1. 50-пушечный корабль "Святой Георгий Победоносец" (кап. 2-го ранга Ф.В.Поскочин)

2. 40-пушечный фрегат "Иоанн Воинственник" (кап. 2-го ранга А.Г.Баранов)

3. 66-пушечный корабль "Мария Магдалина" (кап. бригадирского ранга Г.К.Голенкин) (командующий авангардней)

4. 46-пушечный корабль "Иоанн Богослов" (кап. 1-го ранга Н.П.Кумани) 5. 40-пушечный фрегат "Святой Иеро-ним" (кап. 2-го ранга А.П.Алексиано)

кордебаталия

6. 66-пушечный корабль "Преображение Господне" (кап. 2-го ранга Я.Н.Саблин)

7. 40-пушечный фрегат "Покров Богородицы" (кап. 2-го ранга И.И.Ознобишин)

8. 80-пушечный корабль "Рождество Христово" (кап. 2-го ранга М.М.Ельчанинов)

(флаг контр-адмирала Ф.Ф.Ушакова - командующий флотом и кордебаталией)

9. 50-пушечный корабль "Святой Александр Невский" (кап. 2-го ранга Н.Л.Языков)

10. 40-пушечный фрегат "Амвросий Медиоланский" (кап. 2-го ранга М.Н.Нелединский

11. 66-пушечный корабль "Святой Владимир" (кап. 2-го ранга А.А.Обольянинов)

арьергард

12. 40-пушечный фрегат "Кирилл Белозерский" (кап. 2-го ранга Е.П.Сарандинаки)

13. 46-пушечный корабль "Петр Апостол" (кап. 2-го ранга Ф. Н .Заостровский)

14. 66-пушечный корабль "Святой Павел" (кап. 1-го ранга К.А.Шапилов)

15. 40-пушечный фрегат "Нестор Преподобный" (капитан-лейтенант Ф.В.Шишмарев)

16. 50-пушечный корабль "Святой Андрей Первозванный" (кап. 1-го ранга Р.Вильсон)

Пользуясь превосходством в силах и наветренным положением, Хюсейн-паша с десятью линейными кораблями атаковал российский флот, направив главный удар на его авангард. Маневр турецких линейных кораблей прикрывался бомбардирскими судами, стрелявшими из тяжелых мортир с дальней дистанции. Турецкие фрегаты и крейсерские суда держались за линией баталии. Около полудня линейные корабли Хюсейна открыли огонь, русские ответили по сигналу Ушакова "Вступить в бой с неприятелем".

Авангард бригадира Голенкина, следуя передовому 50-пушечному кораблю "Святой Георгий Победоносец", "...усиливающееся нападение неприятеля выдерживал с отличной храбростью и жестокостью огня приводил его в замешательство и растройку, так что оный пальбу свою весьма уменьшил; капитан-паша, беспристанно усиливая атаку свою, подкреплял прибавлением кораблей и многими разными судами с большими орудиями" (5).

С целью нейтрализации усилий противника Ф.Ф.Ушаков сигналом вывел из линии баталии шесть сравнительно слабых 40-пушечных фрегатов, образовав из них под ветром "корпус резерва", для подкрепления авангарда. Одновременно он приказал сомкнуть линию, то есть противопоставил турецкой атаке сильнейшие корабли, и сам с кордебаталией, "прибавя парусов", поспешил на помощь своему авангарду.

Около 15 часов некоторая перемена ветра позволила российским кораблям сблизиться с противником на дистанцию картечного выстрела (менее 100 метров), при этом сам Ушаков на 80-пушечном корабле "Рождество Христово" атаковал флагманский корабль капудан-паши. В это время фрегаты "корпуса резерва", следуя 40-пушечному "Иоанну Воинственнику" под командованием капитана 2-го ранга А.Г.Баранова, продвинулись вперед и поддержали авангард своей линии баталии.

В 16 часов, когда головные русские корабли, приводя круче к ветру, поставили авангард противника в опасное положение, турецкий флот, вслед за кораблем Хюсейна-паши, устремился выйти из боя и в беспорядке повернул почти на обратный курс, разойдясь контр-галсами с российской линией баталии. При этом некоторые турецкие корабли, включая флагманский корабль Хюсейна и вице-адмиральский, при повороте сблизились с кордебаталией российского флота и попали под жестокий огонь с кораблей "Преображение Господне" и "Рождество Христово". На одном турецком корабле была сбита бизань-мачта, на вице-адмиральском упали сбитые фор-марсель и крюй-сель. Один турецкий кирлангич, державшийся среди линейных кораблей, был потоплен. При этом многие турецкие корабли потеряли сбитые ядрами и упавшие в воду флаги. Один из них был подобран шлюпками с корабля "Святой Георгий Победоносец" и взят в качестве трофея.

Ушаков, выйдя на ветер, на своем флагманском корабле повернул на правый галс для преследования противника, приказав авангарду повернуть оверштаг, а прочим кораблям, не соблюдая порядковых номеров в линии баталии, вступить в кильватер кораблю "Рождество Христово". Таким образом, командующий российским флотом быстро выстроил линию баталии на ветре у отступающего в замешательстве турецкого флота, собираясь "со всеми силами ударить на неприятеля".

"Легкость ходу" турецких кораблей и наступившая вскоре после 20 часов темнота позволили Хюсейн-паше избежать нового столкновения и спастись бегством от возможного разгрома. Ночью Ф.Ф.Ушаков, продолжая погоню, приказал зажечь огни и придерживаться вероятного курса отступления противника. Но последний утром обнаружен не был, и Черноморский корабельный флот направился в Феодосийскую бухту для исправления повреждений в рангоуте и такелаже, которые, по мнению командующего, препятствовали дальнейшему походу и поискам неприятельского флота у берегов Турции. Вечером 12 июня флот Ушакова вернулся на Севастопольский рейд.

В результате сражения турецкий десант в Крым был сорван, многие турецкие линейные корабли получили повреждения и, очевидно, понесли значительные потери в личном составе, которые, впрочем, точно не известны.

В 5-часовом сражении российские линейные корабли выпустили около 21 тысячи снарядов (по 70 на каждую пушку одного борта). Из полученных ими повреждений наиболее серьезными были простреленные ядрами грот-мачты на кораблях "Рождество Христово", "Святой Павел" и "Иоанн Богослов", а также фок-мачта на "Святом Андрее Первозванном". Потери в людях составляли 29 убитых (в том числе мичман Б.Антонович и морской артиллерист лейтенант П.Галкин) и 68 раненых, включая 4 офицеров.

Согласно рапорту Ф.Ф.Ушакова, "все командующие судов и разные чины флота Черноморского, ... с крайним рвением и отличной храбростью выполнили долг свой Особо командующий отметил храбрость и искусство бригадира Г.К.Голенкина, капитанов 1-го ранга КАШапило-ва ("Святой Павел"), Р.Вильсона ("Святой Андрей"), Н.П.Кумани ("Иоанн Богослов"), капитанов 2-го ранга Я.Н-.Саблина ("Преображение Господне"), Ф.Я.Заостровского ("Петр Апостол"), Н.Л.Языкова ("Святой Александр Невский"), М.М.Ельчанинова ("Рождество Христово") и Ф.В.Поскочина ("Святой Георгий"), а также своего флаг-капитана капитана 2-го ранга ПАДанилова и полковника Старооскольского полка Н.Чиркова.

Победу в Керченском сражении высоко оценил генерал-фельдмаршал ГАПотемкин и императрица Екатерина Вторая, которая 5 августа 1790 года, после получения известия о мире со Швецией, писала на юг главнокомандующему: "Победу Черноморского флота над турецким мы праздновали вчерась молебствием в городе у Казанской, и я была так весела как давно не помню. Контрадмиралу Ушакову великое спасибо прошу от меня сказать и всем его подчиненным".

Тактика Хюсейн-паши в сражении 8 июля 1790 года во многом напоминала тактику его предшественника -знаменитого Гассана: атака авангарда противника из наветренного положения сомкнутой колонной линейных кораблей, применение бомбардирских судов, стрельба по рангоуту и парусам. В то же время турецкие моряки проигрывали российским в бою на близкой дистанции, а с отступлением флагмана обращались в бегство.

Для тактики Ф.Ф.Ушакова в Керченском сражении характерно стремление к решительному бою и перехвату инициативы даже в подветренном положении. В отличие от М.Н.Войновича при Фидониси, Ф.Ф.Ушаков не остался наблюдателем поединка авангардов, а противопоставил маневру противника свой маневр: сократил линию баталии (сосредоточение сил), выделил резерв из фрегатов для поддержки передовых кораблей (взаимная поддержка) и сам атаковал флагманский корабль Хюсейн-паши. Выход в голову строя и построение линии баталии без соблюдения порядковых номеров кораблей (по-способности - кратчайшими курсами) позволили командующему российским флотом не только сохранить выигранное у противника наветренное положение, но и самому задать направление преследования, организованного в весьма короткие сроки. Однако, в этом случае само сохранение линии баталии, где скорость уравнивалась по худшим ходокам, не позволило догнать даже арьергард отступавшего в беспорядке противника. В следующем сражении - у острова Тендра - Ф.Ф.Ушаков учел это обстоятельство и изменил тактику преследования.

сражение у острова тендра (сражение у гаджибея)

28 - 29 августа 1790 года После сражения у Керченского пролива капудан-паша Хюсейн, отступив к турецким берегам, исправил там повреждения, усилил свой флот линейными кораблями и в начале августа 1790 года вновь показался у берегов Крыма. Проведя таким образом демонстрацию флага, Хюсейн-паша 17 августа подошел к выходу из Днепровского лимана , заняв позицию на якоре между островом Тендра и побережьем у Гаджибея, в расстоянии более 10 миль от последнего. Такое положение позволяло турецкому флоту блокировать выход из лимана и держать под контролем важную для российского флота коммуникацию Лиман-Севастополь, препятствуя соединению Севастопольского корабельного флота с новыми кораблями из Херсона.

В составе турецкого флота под командованием Хю-сейн-паши насчитывалось 14 линейных кораблей (до 10ОО орудий, до 10.000 человек экипажа), 8 фрегатов (до 360 орудий), 23 бомбардирских судов, малых крейсерских кораблей и плавучих батарей.

Российский флот под командованием контр-адмирала Ф.Ф.Ушакова из-за недостатков в снабжении и слабости ремонтных средств Севастополя был полностью готов к походу только к 20 августа. Замысел российского командования, утвержденный в общих чертах ордером генерал-фельдмаршала Г.А.Потемкина от«18 августа 1790 года, заключался в том, чтобы Севастопольский корабельный флот, подойдя к устью лимана, присоединил к себе 46-пушечный корабль "Навархия Вознесение Господне" и 3 фрегата, конвоируемые Лиманской флотилией генерал-майора И.М.Де-Рибаса. После такого усиления Ф.Ф.Ушакову следовало атаковать турецкий флот. При этом, в случае боя в прибрежном районе, не исключалось содействие корабельному флоту гребных судов Лиманской флотилии. Ф.Ф.Ушаков вышел из Севастополя 25 августа с флотом в составе 10 линейных кораблей (596 орудий), 6 фрегатов (240 орудий), 1 бомбардирского судна, 1 репетичного судна, 17 малых крейсерских кораблей и 2 брандеров. Общая численность экипажей достигала 7969 человек, в том числе 6577 человек на линейных кораблях и фрегатах.

Учитывая известное ему местонахождение турецкого флота, Ф.Ф.Ушаков вполне обоснованно полагал, что соединение с Лиманской флотилией будет невозможным без предварительного сражения с противником. Рассчитывая только на свои силы, адмирал надеялся на вероятное ослабление турок в результате Керченского сражения, которое, по его мнению, также отрицательно сказалось на состоянии морального духа турецких моряков.

Вскоре после 5 часов 28 августа 1790 года сигнальщики на салингах русских кораблей обнаружили флот Хюсейн-паши, который стоял на якоре между Тендрой и Гаджибеем, не потрудившись обеспечить себя разведкой от внезапного появления противника. К 8 часам обстановка прояснилась: Ф.Ф.Ушаков увидел, что противник имеет превосходство в численности линейных кораблей и орудий. Несмотря на это, российский командующий приказал прибавить парусов и, "пользуясь способным ветром и беспорядком неприятеля, спешил сблизиться и атаковать". Турецкий флот, обрубив якорные канаты и в беспорядке вступив под паруса, попытался уклониться от сражения. Но Ушаков, не трятя время на перестроение в линию баталии, преследовал противника в походном порядке (три кильватерных колонны) и, приведя несколько к ветру, в полдень создал угрозу отставшим кораблям турецкого флота. Опасаясь, что его арьергард может быть отрезан от главных сил флота, капудан-паша был вынужден повернуть на правый галс и начал выстраивать линию баталии.

По сигналу Ушакова русский флот с 12 часов на ходу перестроился в линию баталии и тоже повернул на правый галс, сохранив наветренное положение (см.схему, положение на 14 часов). При этом он "на всякий случай, ежели бы передовые неприятельские корабли, выиграв ветр, покусились с обеих сторон атаковать нашу линию, приказал передовым трем фрегатам - "Иоанну Воинствен-нику", "Иерониму" и "Покрову Богородицы" выйти из линии и построить корпус резерва (выделение автора статьи) против передовой части флота". Такое построение позволило также сплотить передовую часть линии баталии, сосредоточив в голове ее 6 линейных кораблей с поддержкой из 3 фрегатов - 68 % всех орудий флота (см.схему линии баталии).

После этого, по сигналу "Спуститься на неприятеля" российский флот сблизился с неприятелем на дистанцию картечного выстрела (менее 100 метров) и в 15 часов вступил в "жестокое сражение". Под огнем русских кораблей турки терпели большие повреждения и потери и невольно спускались под ветер, преследуемые настойчивым противником.

Около 16 часов один из флагманских турецких кораблей - передовой 80-пушечный корабль, "чрезвычайно легкий" на ходу, вырвался вперед и, повернув оверштаг, попытался выиграть ветер и поразить продольным огнем головной корабль российского флота "Святой Георгий Победоносец". По сигналу Ф.Ф.Ушакова фрегаты "корпуса резерва", прибавив парусов, пресекли эту дерзкую попытку. Попав под огонь фрегата "Иоанн Воинственник", которым командовал капитан 2-го ранга А.Г.Баранов, турецкий корабль спустился под ветер и прошел между линиями враждебных флотов, поражаемый ядрами с кораблей российского авангарда и кордебаталии. Серьезный урон потерпел и флагманский корабль капудан-паши Хю-сейна, атакованный флагманским кораблем Ушакова "Рождество Христово" и соседними с ним сильнейшими кораблями.

Около 17 часов, не выдержав сильного огня русских, капудан-паша, а за ним и весь турецкий флот, повернув через фордевинд, обратились в беспорядочное бегство. При повороте корабли Хюсейн-паши и следующего за ним по старшинству флагмана - трехбунчужного паши (адмирала) Сеит-бея - опасно сблизились с российской линией баталии. "Рождество Христово" и "Преображение Господне" нанесли этим кораблям новые серьезные повреждения, а "Капудания" под флагом Сеит-бея лишилась сбитых ядрами грот-марселя и крюйселя.

Российский флот под всеми парусами преследовал противника до 20 часов, когда последний "в рассуждении легкости судов" несколько оторвался от погони и, не зажигая огни, стал скрываться в темноте. Ушаков, стремясь сохранить наветренное положение, повернул оверштаг и к половине 10-го часа вечера соединенно поставил свой флот на якорь.

На рассвете 29 августа русские вновь вступили под паруса и с 7 часов утра продолжали преследование кораблей турецкого флота, которые, следуя движениям капудана-паши, в беспорядке лавировали с целью выхода на ветер, Общая погоня "по способности" позволила наиболее быстроходным российским кораблям вырваться вперед и к 9 часам отрезать поврежденный 66-пушечный линейный корабль "Мелеки-Бахри", который бросился к берегу. За ним устремились 66-пушечный корабль "Мария Магдалина" под брейд-вымпелом капитана бригадирского ранга Г.КГолен-кина, 50-пушечный корабль "Святой Александр Невский" под командованием капитана 2-го ранга Н.Л.Языкова, а также 2 фрегата. Около 10 часов утра, окруженный русскими кораблями и считая сопротивление безнадежным капитан Кара-Али сдал "Мелеки-Бахри" бригадиру Г.КГо-ленкину. В плен попали 560 турецких моряков, остальные 90 человек экипажа "Мелеки-Бахри" погибли или умерли от ран, полученных в бою 28 августа.

Большинству турецких кораблей во главе с капудан-пашей удалось вырваться на ветер и отступить к турецким берегам. Однако, поврежденный 74-пушечный корабль Саит-бея "Капудания", покинутый своими товарищами, в 10 часов утра был настигнут капитаном 1-го ранга Р.Вильсоном на 50-пушечном корабле "Святой Андрей Первозванный", который своим огнем сбил на корабле противника фор-марсель и заставил его уменьшить ход. Это позволило сблизиться с "Капуданией" кораблям "Святой Георгий Победоносец" и "Преображение Господне", а вскоре и сильнейшему во флоте кораблю "Рождество Христово". Сеит-бей и капитан Махмет-дерия отчаянно оборонялись, но "Рождество Христово" подошел к "Капуда-нии" на расстояние не более 30 сажень (54 метра) и огнем тяжелых орудий нанес ей "наижесточайшее поражение". Все три мачты турецкого корабля упали за борт, и "Рождество Христово" беспрепятственно зашел с носа, чтобы довершить разгром противника. Но в этот момент - около 11 часов - турецкие моряки высыпали наверх и запросили пощады.

"Капудания" уже горел - на нем показался густой дым "от влепившегося в корму брандскугеля". Посланная русскими шлюпка успела снять с корабля самого Саит-бея, командира и 18 прочих "чиновников", другие шлюпки не могли пристать к объятому пламенем корпусу. Вскоре "Капуданию" "взорвало на воздух", и русским осталось подбирать уцелевших от взрыва уже из воды и с обломков. Таким образом было спасено 81 человек "турок и разных людей".

Российские крейсерские суда не без успеха преследовали рассеившиеся малые корабли противника. Ими были захвачены турецкие лансон, бригантина и севшая на мель плавучая батарея.

Общие потери турецкого флота в сражении составили 2 линейных корабля и 3 малых судна. 733 человека попали в плен, включая адмирала и четырех командиров. Некоторые исследователи (например, Р.Скаловский), на основании ряда документов, в том числе донесения Г.А.Потемкина императрице, считали, что еще один 74-пушечный корабль Арнаут-Асан-капитана и несколько мелких турецких судов затонули от пробоин в свежую погоду при отступлении. Потери турецкого флота в людях, кроме пленных, по приблизительной оценке составили не менее 1400 человек убитых и раненых, из которых до 700 матросов и офицеров погибли вместе с "Капуданией".

После сражения Хюсейн-паша собрал свои потрепанные корабли у мыса Калиакрия (западный, румелийский берег Черного моря), после чего вскоре направился в Босфор, где турецкий флот разооружился в Терсане. В ноябре пленные сообщили русским слухи, ходившие в Константинополе: "Капитан-паша по приходе со флотом рапортовал облыжно, якобы он флот наш разбил, однако скоро узнато, что они весьма разбиты и имеют великую потерю в судах, в то же время капитан-паша пропал безызвестно, думают, что бежал".

Повреждения кораблей российского флота в целом были незначительны, На "Рождестве Христовом", "Святом Александре Невском", "Петре Апостоле" требовали замены простреленные мачты (по одной), у других кораблей имелись лишь легкие повреждения рангоута и парусов, а на "Святом Павле" от своей стрельбы разорвалось одно орудие на верхней палубе. Из личного состава выбыли 46 нижних чинов, из которых 21 человек погиб в сражении.

В результате поражения турецкого флота у Тендры и его отступления российский Черноморский флот Ф.Ф.Ушакова благополучно соединился с Лиманской, эскадрой и 8 сентября 1790 года, усиленный новыми кораблями, возвратился в Севастополь. Важным стратегическим результатом сражения явилось завоевание флотом господства в северной части Черного моря. Это позволило русским постоянно поддерживать коммуникацию Лиман-Севастополь, а 29 сентября - 1 октября беспрепятственно перевести в Севастополь Таганрогскую эскадру капитана бригадирского ранга С.А.Пустошкина, включавшую два новых 46-пушечных корабля "Царь Константин" и "Федор Стратилат", бригантину и 10 крейсерских судов.

Победа у острова Тендра получила высокую оценку главнокомандующего и императрицы Екатерины Второй. Так генерал-фельдмаршал князь Г.А.Потемкин-Таврический 1 сентября 1790 года посетил "Рождество Христово" на рейде против Гаджибея, собрал и поздравил с победой командиров кораблей. Сражение у Керчи и у Тендры главнокомандующий считал важнейшим аргументом на переговорах с турками о заключении мира и упрекал османских военачальников в сокрытии поражений: "Бездельник их капитан-паша, будучи разбит близ Темана, бежал с поврежденными кораблями, как курва, и теперь еще пять судов починяют, а насказал, что у нас потопил несколько судов. Сия ложь у визиря была публикована. На что они лгут и обманывают себя и государя ? Теперь еще у флота было сражение, где они потеряли "Капитанию" и еще большой корабль взят, на котором капитан был Кара-Али... Но все оне суда и люди были бы целы, если бы уже мир был сделан". В донесении императрице от 5-го сентября 1790 года Потемкин писал: "Я не могу довольно описать храбрости, искусства и доброй воли командующего контрадмирала и кавалера Ушакова. Эскадренный командир бригадирского ранга капитан и кавалер Голенкин и все командиры кораблей заслуживают высочайшую в.и.в. милость" (6).

Милость не замедлила воспоследовать: Ф.Ф.Ушаков в числе первых контр-адмиралов был удостоен ордена Святого Георгия 2-й степени и пожалования земли с 500 крестьянами в Белоруссии. Орден Святого Георгия 3-й степени получил произведенный в капитаны генерал-майорского ранга Г.КГоленкин, 4-й степени - генеральс-адь-ютант князя Потемкина М.Л.Львов, бывший в сражении на "Рождестве Христовом". Позднее орденов Святого Георгия 4-й степени были удостоены также командиры отличившихся кораблей - капитаны 1-го ранга КА.Шапи-лов, Р.Р.Вильсон, Ф.Я.Заостровский, Н.Л.Языков, М.И.О-больянинов, М.М.Ельчанинов, Ф.В.Поскочин, а также флаг-капитан Ушакова - капитан 2-го ранга П.А.Данилов (7). Многие офицеры Черноморского флота получили другие награды и чины "за отличие".

Победа у Тендры была обеспечена лучшей подготовкой артиллеристов российского флота, хорошей выучкой его личного состава в целом, а также тактическим искусством командующего. В тактике Ф.Ф.Ушакова при Тенд-ре примечательны активный наступательный характер (отсюда - стремление занять наветренное положение и захватить инициативу, желание сражаться на короткой дистанции), умелая реализация принципов внезапности (быстрое сближение без перестроения в линию баталии), сосредоточение сил на главном направлении (концентрация большей части флота в передовой части боевого порядка, удар по флагманским кораблям), взаимная поддержка (как в бою в линии баталии, так и в погоне за противником).

По опыту Тендровского сражения Г.А.Потемкин специальным ордером от 29 сентября 1790 года предписал Ф.Ф.Ушакову сформировать особую "эскадру кейзер-фла-га" (корабль и два фрегата) для совместной с кораблем "Рождество Христово" атаки флагманского корабля турок. "Требуйте от всякого, - писал в этом ордере главнокомандующий - чтоб дрались мужественно, или лучше скажу - по-черноморски (курсив подлинника), чтоб были внимательны к исполнению повелений и не упускали полезных случаев".

В кампании 1790 года таких "случаев" более не представилось. С 16 октября по 14 ноября этого года Ф.Ф.Ушаков с 14 линейными кораблями, 4 фрегатами и другими судами совершил поход для прикрытия устьев Дуная, куда прошла Лиманская гребная флотилия, и для поисков турецкого флота. Противник обнаружен не был, и российский флот, борясь с осенней непогодой, вернулся в Севастополь,

11 января 1791 года контр-адмирал Ф.Ф.Ушаков ордером Г.А.Потемкина был назначен "старшим членом Черноморского адмиралтейского правления" - фактически старшим морским начальником на Черном море, то есть командующим всем флотом и военными портами под общим руководством главнокомандующего. Это назначение, отдавая в руки Ушакова не только все плавающие корабли, но и тыловые структуры флота, позволило ему наилучшим образом подготовить флот к кампании 1791 года.

сражение у мыса калиакрия 31 июля 1791 года

Несмотря на целый ряд тяжелых поражений на суше и на море в кампании 1790 года, Османская империя сохранила не только решимость продолжать борьбу, но и накопила значительные резервы для пополнения армии и флота. Еще осенью 1790 года в Константинополь прибыли 14 кораблей из Алжира и Туниса, правители которых были вассалами турецкого султана. К весне 1791 года турецкий флот усилился тремя новыми линейными кораблями и двумя линейными кораблями, переделанными из больших египетских купеческих судов. Капудан-паша

Хюсейн объединил своим командованием четыре эскадры с особыми флагманами: константинопольскую, алжирскую, тунисскую и триполитанскую. Алжирской эскадрой командовал известный в Средиземном море флагман Сейит-Али, носивший на брам-стеньгах передних мачт своего корабля красный и зеленый флаги.

Собрав до 60 вымпелов, включая 18 линейных кораблей, Хюсейн-паша в конце мая 1791 года вышел из Босфора с целью нанести решительное поражение российскому флоту и, завоевав господство на Черном море, поддержать сухопутные войска в Румелии (Европейской Турции) и на Кавказском побережьи. Согласно показаниям пленных, турецкие адмиралы, не надеясь более на артиллерию, собирались решить дело в свою пользу абордажем, для чего на каждом линейном корабле имелось от 800 до 1500 человек экипажа.

Капудан-паша повел свой флот к Варне и Калиакрии, а после стоянок у румелийских берегов 28 июня показался в виду Балаклавы, на расстоянии более 15 миль от берега. Отсюда он направился к Анапе, не зная, что 21 июня этот приморский город был взят российскими войсками. Удостоверившись в этом печальном событии, Хюсейн-паша повернул на обратный курс, еще не подозревая, что его флот остался последней надеждой империи Османов. Именно в день появления турецких кораблей у берегов Крыма - 28 июня 1791 года - главные силы султанской армии на Дунае были разгромлены в Мачинском сражении армией генерал-аншефа Князя Н.В.Репнина. Великий визирь, опоздавший к сражению, вступил с Репниным в переговоры о мире, но всячески затягивал их, надеясь на успехи своего флота.

Значение флота в войне понимало и российское верховное командование. Так, ордером от 11 мая 1791 года генерал-фельдмаршал Г.А.Потемкин поставил Ушакову задачу по окончании весенних штормов "выступить в море", отыскать турецкий флот и завоевать господство на Черном море, не допуская неприятеля к своему побережью. "Испрося помощь божию, - писал Потемкин, - направьте к румелийским берегам, и если где найдете неприятеля, атакуйте с богом" (8). Таким образом, флотам обоих противников были поставлены наступательные задачи.

Российский Черноморский флот под командованием контр-адмирала Ф.Ф.Ушакова в составе 16 линейных кораблей и 29 других судов вышел в море 10 июля. Выход его был задержан бедностью снабжения, неготовностью нескольких кораблей, особенно корабля "Иоанн Предтеча" (бывший "Мелеки-Бахри"), отсутствием достоверных сведений о противнике, а после 28 июня - противными ветрами. Ф.Ф.Ушаков повел флот на поиски противника в сторону Анапы и, 12 июля встретил флот Хюсейн-паши южнее Балаклавы. Несмотря на превосходство сил противника, российский командующий, дав устные наставления своим командирам, решил атаковать. Три дня при переменном маловетрии флоты противников маневрировали, пытаясь занять наветренное положение. Ушакову трижды удалось выиграть ветер и догнать турок, но каждый раз адмирал не успевал присоединить свои отставшие корабли, из которых 58-пушечный "Леонтий Мученик" (бывший турецкий) настолько уступал лучшим ходокам - кораблям "Рождество Христово" и "Иоанн Предтеча", что ему требовалось до 7 часов, чтобы вступить в линию. Видя, что погодные условия (слабый ветер) не позволят ему быстро собрать весь флот и не желая вводить свои силы в сражение по частям Ф.Ф.Ушаков 15 июля вернулся в Севастополь.

29 июля 1791 года российский Черноморский флот вновь вышел в море и взял курс на поиски противника к берегам Румелии. 31 июля турецкий флот был обнаружен стоящим на якоре под берегом у мыса Калиакрия, где для прикрытия его стоянки была сооружена береговая батарея.

В распоряжении капудан-паши находились 18 линейных кораблей (включая 9 флагманских). Имелось также 10 больших и 7 малых фрегатов и 43 малых корабля - бомбардирские суда, малые крейсерские корабли и плавучие батареи. Общее число орудий на кораблях турецкого флота превышало 2000, в том числе не менее 1240 пушек на линейных кораблях. Личный состав доходил до 20.000 человек, включая 4000 алжирских моряков. На флагманском корабле Хюсейна присутствовали три английских офицера-инструктора по артиллерийской части. Кроме них артиллеристы-иностранцы были и на некоторых других кораблях.

В составе российского флота насчитывалось 16 линейных кораблей (в том числе два 80-пушечных), 2 фрегата, 2 бомбардирских судна, 1 репетичное судно, 1 брандер и 17 малых крейсерских кораблей. Русские имели несколько более 1000 пушек (в том числе 920 на линейных кораблях) и 9500 человек личного состава. Таким образом, турки имели значительное общее превосходство в силах при соотношении огневой мощи линии баталии как 1,35: 1.

Собираясь выиграть ветер, дувший с берега, а также в полной мере использовать внезапность своего появления, Ф.Ф.Ушаков в походном строю трех кильватерных колонн направился между берегом и флотом противника. Турецкие корабли поспешно рубили канаты, вступали под паруса и опускались под ветер. В суматохе несколько кораблей столкнулись, а на одном из них рухнула бизань-мачта. Другой корабль сломал себе бушприт и после этого скрылся в направлении Варны, ослабив турецкую линию. Не имея возможности дождаться части своих команд, отправленных на берег, капудан-паша пытался выстроить линию баталии и вскоре собрал несколько линейных кораблей на правом галсе. Однако более энергичный и умный Сейит-Али, не теряя надежды вновь выиграть ветер, лег на противоположный курс и повел за собой большую часть флота левым галсом. Вскоре ему последовал и капудан-паша.

Ф.Ф.Ушаков, пройдя под выстрелами береговой батареи и оказавшись на ветре, перестроил свой флот в линию баталии левого галса, приказав сигналами "прибавить парусов" и "нести все возможные паруса". Для ускорения маневра кордебаталия построилась в голове колонны, за ней, следуя своим эскадренным командирам, строились авангард и аръергард.

линия баталии российского флота

80-пушечный (78) "Рождество Христово" (капитан 1-го ранга М.М.Елчанинов)

Флаг командующего флотом контр-адмирала Ф.Ф.Ушакова

74-пушечный (82) "Иоанн Предтеча" (капитан 1 -го ранга А.Г.Баранов)

46-пушечный (46) "Федор Стратилат" (капитан 1 -го ранга И.А.Селивачев)

50-пушечный (50) "Святой Андрей Первозванный" (капитан 2-го ранга Е.П.Сарандинаки)

50-пушечный (48) "Святой Александр Невский" (капитан 1-го ранга Н.Л.Языков)

66-пушечный (68) "Мария Магдалина" (капитан 1-го ранга А.Ишин)

Брейд-вымпел командира авангарда капитана генерал-майорского ранга Г.КГоленкина

50-пушечный (50) "Георгий Победоносец" (капитан 1-го ранга М.И.Чефалиано)

46-пушечный (44) "Навархия Вознесение Господне" (ге-неральс-адьютант Д.Н.Сенявин)

46-пушечный (46) "Царь Константин" (капитан 2-го ранга И.И.Ознобишин)

50-пушечный (50) "Святой Николай" (генеральс-адьютант М.И.Львов)

46-пушечный (46) "Петр Апостол" (капитан 1 -го ранга Ф.Я.-Заостровский)

66-пушечный (70) "Святой Владимир" (брейд-вымпел капитана бригадирского ранга П.В.Пустошкина)

58-пушечный (58) "Святой Леонтий Мученик" (капитан 1-го ранга

66-пушечный (68) "Преображение Господне" (капитан 1-го ранга Н.П.Кумани) 66-пушечный (70) "Святой Павел" (капитан 1 -го ранга К.А. Шапилов)

46-пушечный (46) "Иоанн Богослов" (капитан 2-го ранга Ф.В.Шишмарев)

(В скобках показано фактическое количество пушек на кораблях)

Всего 16 линейных кораблей с 920 орудиями и более 7700 человек экипажа.

При сближении Ушаков заметил, что Сейит-Али с двумя следующими за ним кораблями "спешил отделить вперед, выигрывая ветер" ( то есть, приводил круче к ветру, стремясь занять наветренное положение) Для предотвращения этого маневра российский командующий на корабле "Рождество Христово" вышел из линии в голову строя и с дистанции всего полкабельтова (около 90 метров) сам атаковал корабль Сейит-Али, "обойдя его несколько с носу".

По сигналам "сомкнуть дистанцию" и "спуститься на неприятеля" вся линия баталии российского флота сблизилась с противником и около 17 часов вступила в сражение. Под огнем корабля "Рождество Христово" флагман Сейит-Али вскоре потерял фор-стеньгу, грот-марсель и начал спускаться под ветер, уклоняясь за линию своего флота. С него полетели за борт приготовленные к использованию, но сбитые ядрами, абордажные лестницы и золоченные кормовые украшения. Ушаков, заставив отступить прикрывавшие своего флагмана вице-адмиральский корабль и два фрегата, преследовал корабль алжирского адмирала и некоторое время сражался на оба борта. Здесь командующего флотом поддержали командиры передовых кораблей кордебаталии капитаны 1-го ранга Н.Л.Языков ("Александр Невский"), А.Г.Баранов ("Иоанн Предтеча") и И.А.Селивачев ("Федор Стратилат"), которые "окружили передовых" в турецкой линии и поражали их огнем с короткой дистанции.

Не думая более об абордаже, командиры кораблей османского флота по примеру своих адмиралов около 17 часов 45 минут бросились под ветер и начали беспорядочное отступление. Российский флот преследовал их, "стесненных кучею", и прекратил огонь только в половину 9-го часа вечера. Наступление темноты и перемена ветра спасли турок от полного разгрома и пленения наиболее поврежденных кораблей. Утром 1 -го августа русские моряки наблюдали бегущий к Босфору турецкий флот только с салингов и Ушаков, учитывая ходовые качества кораблей своего флота и необходимость мелкого ремонта, отказался от дальнейшего преследования противника главными силами. Севастопольский флот встал на якорь под берегом для исправления повреждений. В погоню были посланы 36-пушечный фрегат "Макроплия Святой Марк" и крейсерские суда, которые загнали на берег и потопили несколько нагруженных продовольствием транспортов и захватили 4 турецких крейсерских судна, которые, впрочем, из-за сильных повреждений пришлось затопить. 2 августа лейтенант И.Звороно на крейсерском судне "Панагия Апотумеганы" заставил выброситься на берег и потопил турецкую шебеку, сняв с нее две медных пушки и кормовой флаг.

8 августа 1791 года Ф.Ф.Ушаков, направившись к Варне, получил известие о заключении с турками 31 июля (в день сражения I ) перемирия, и 12 августа вернулся в Севастополь.

В сражении при Калиакрии российский флот потерял 17 нижних чинов убитыми и 28 человек (из них 3 офицера) ранеными. Корабли получили незначительные повреждения в рангоуте и такелаже, только 50-пушечный "Святой Александр Невский" был пробит ядрами в подводной части.

Потери турецкого флота, кроме потопленных 5 малых крейсеров и нескольких транспортов, точно неизвестны. Поврежденные турецкие корабли и фрегаты рассеялись и укрывались в разных пунктах Анатолийского и Руме-лийского берегов. Только Сейит-Али сразу достиг Босфора с шестью кораблями, плачевный вид которых сразу лишил султана Селима III последней надежды на победу в войне. Капудан-паша Хюсейн объявился в столице лишь после долгих поисков. Считая, что 80-пушечный корабль Сейит-Али имел на борту 450 человек убитых и раненых (сведения от верховного визиря), общие потери турецкого флота в личном составе можно предположить не менее 1300 человек. Главное же, что боеспособность флота и моральный дух моряков были окончательно подорваны. Г.А.Потемкин писал после Калиакрии: "Страх оружия ее императорского величества распространен по всему берегу до столицы Отоманской".

Господство на море перешло к российскому флоту, это и определило стратегическое значение победы 31 июля, повлияв на позицию турок на мирных переговорах. Ясский мирный договор, заключенный 29 декабря 1791 года "закрепил за Россией обладание всем северным Черноморским побережьем от Днестра до Кубани, включая Крым, и усилил ее политические позиции в отношениях с Турцией" (9).

Как и в сражении у острова тендра 28-29 августа 1790 года, тактика Ушакова при Калиакрии носила активный наступательный характер, а оригинальность тактических приемов на редкость точно соответствовала обстановке. Маневры прохода между берегом и противником и выво-

да кордебаталии, а потом и самого флагманского корабля в голову флота позволили адмиралу воспользоваться внезапностью и выиграть ветер, сохранив тем самым за собой инициативу в нападении на противника. Главный удар Ф.Ф.Ушакова пришелся на головную часть турецкого флота и, в частности, на флагманский корабль Сейит-Али, самого способного и инициативного неприятельского адмирала. Поражение последнего предопределило и бегство всего флота османов. Обращает на себя внимание и способ ведения боя русскими кораблями - артиллерийская атака из наветренного положения на дистанцию около полукабельтова. Этот способ позволил противопоставить противнику свою сильную сторону - положиться на лучшую подготовку командиров и избежать желаемого турками абордажа.

После сражения в Константинополе ходили тревожные слухи о возможности появления грозного "Ушак-паши" у самого Босфора. Можно только предполагать почему Ушаков действительно не направился к проливу, хотя бы с целью перехватить разгромленный флот противника. Возможно, он считал стратегическую цель достигнутой в самом сражении или не желал подвергать свой флот случайностям. Не исключено, что адмирал вообще недооценивал блокаду, а то и считал ее непосильной для своего флоТа, хотя мощь Севастопольского флота была теперь несравнимо сильнее, чем в начале войны. Во всяком случае, в кампаниях 1790 и 1791 годов Ушаков стремился держать флот соединенно, выходить в море только с уверенностью в появлении главных сил противника, и в расчете на генеральное сражение в выгодных для себя условиях.

За победу при Калиакрии Ушаков был пожалован орденом Святого Александра Невского. По его представлению один из младших флагманов - бригадир П.В.Пустош-кин - стал кавалером ордена Святого Георгия 3-й степени. Георгия 4-й степени получили отличившиеся командиры кораблей - капитаны 1-го ранга А.Г.Баранов, И.А.Се-ливачев, М.И.Чефалиано, капитаны 2-го ранга Ф.В.Шиш-марев, И.И.Ознобишин, Е.П.Сарандинаки. Пятерым командирам и трем другим штаб-офицерам были вручены золотые шпаги, ветерану флота - капитану 1-го ранга Н.П.Кумани - орден Святого Владимира 3-й степени. Владимира $-й степени удостоились командиры фрегатов и капитан-лейтенанты линейных кораблей. Нижние чины по указу Екатерины Второй получили по одному рублю, а потом и овальные серебрянные медали с надписью "Победителям при мире декабря 29 1791".

Интересно отметить, что не без влияния самого Ушакова троих его командиров "обошли" орденами. Это были капитаны 1-го ранга Ф.Я.Заостровский ("Петр Апостол"), А.А.Обольянинов ("Леонтий Мученик") и генеральс-адью-тант Д.Н.Сенявин ("Навархия Вознесение Господне"). Хотя, судя по донесению адмирала, эти офицеры "также оказали храбрость и мужество" (!), но "не столь были близки к линии неприятельской, как прочие" (?). Недовольство Ушакова самым молодым командиром Д.Н.Сенявиным вполне объяснимо в свете известного конфликта между этими двумя выдающимися моряками нашего флота. Зато два других храбрых и мужественных, по словам самого Ушакова, командира, "не столь близких к линии неприятельской", ранее отличались адмиралом с положительной стороны. Ф.Я.Заостровский, например, имел орден за Тен-ДРУ-

В свою очередь, скоропостижная смерть князя Г.А.Потемкина-Таврического отрицательно сказалась и на последующей карьере самого Ф.Ф.Ушакова. После войны победитель турок при Керчи, Тендре и Калиакрии, наиболее талантливый, энергичный и самостоятельный из всех российских адмиралов того времени, не только не получил следующий чин (и старшинство) за отличия, оставшись "в тени" балтийских

коллег, но и стал подчиненным возвращенного на Черноморский флот вице-адмирала Н.С.Мордвинова. Правда, Ф.Ф.Ушаков остался в Севастополе во главе корабельного флота, что позволило ему сохранить преемственность традиций своей школы, школы военно-морской выучки, прославившей российский флот в средиземноморских кампаниях конца XVIII - начала XIX веков.

примечания

(5) Ф.Ф.Ушаков "Документы", том I, стр.227.

(6) Ф.Ф.Ушаков "Документы", том I, стр.315-316.

(7) Судравский В. "Кавалеры ордена Св.Великомученика и Победоносца Георгия за 140 лет", "Военный сборник", N.5/1910, стр.263-264.

(8) Ф.Ф.Ушаков "Документы", том I, стр.481.

(9) "Дипломатический словарь", том III, Москва, "Наука", 1986, стр.616.