Корабли Подводные лодки Морская авиация Вооружение История Статьи и заметки Новости Разное

Морское оружие 01. Торпеды Российского флота

В ночь на 14 января 1878 года пароход «Великий князь Константин» под командованием С. О. Макарова подошел к Батуму. На рейде стояла турецкая эскадра. Бесшумно спустили дна минных катера — «Синоп» и «Чесму». Вооруженные торпедами Уайтхеда они скрытно подошли к стоявшему в охранении сторожевому кораблю «Интибах», Прозвучала короткая команда и выпущенные торпеды почти одновременно попали в цель. Раздался мощный взрыв. «Затем слышен был сильный треск от переламывающегося судна, глухие вопли... отчаяния... команды. Пароход лег на правую сторону и быстро погрузился... Громкие крики "ура" команды обоих катеров известили эскадру Габарта-паши, что его сторожевой пароход потоплен от взрыва мин». Так докладывал С. О. Макаров о результатах первой в мире успешной торпедной атаки.

Впрочем это была уже не первая атака его катеров. Месяц тому назад на том же Батумском рейде «Синоп» и «Чесма» атаковали турецкий броненосец «Махмудие». Увы, торпеды тогда прошли мимо. То ли помешал сильный огонь турок, то ли не было опыта в прицеливании, но, проскочив мимо броненосца, торпеды выскочили на пляж.

Неудача расстроила Макарова. Ведь торпед у него было всего четыре и получить их удалось с большим трудом. Боясь потерять «дорогостоящие мины без... пользы» (торпеды обходились России более чем в 4000 руб. каждая), главный командир Черноморского флота Н. А. Аркас отказал С. О. Макарову в выдаче торпед. Получить их он смог только благодаря своей исключительной настойчивости. Его телеграмма в Петербург звучала почти умоляюще: «Турки имеют боны, катера не могут подходить... Главный командир не дает мин... Если можете дать... четыре или по крайней мере две мины, то прошу телеграфировать». Торпеды С. О. Макарову выделили, а Н. А. Аркасу пришлось оправдываться перед управляющим Морским министерством, объясняя свои сомнения в успехе, т.к. «лейтенант Макаров и офицеры парохода "Великий князь Константин" совершенно не знакомы со сложным механизмом мин Уайтхеда...». Получив в Николаеве столь желанные торпеды Макаров и осуществил свои дерзкие атаки.

И все же путь русских моряков к овладению торпедным оружием был не прост.

И.Ф. Александровский - создатель первой русской торпеды.

Первая отечественная торпеда была создана замечательным русским изобретателем, художником-фотографом Иваном Федоровичем Александровским. Трудная судьба сложилась у этого талантливого русского человека, большого патриота, оставившего яркий след в развитии отечественного флота.

Родился И.Ф. Александровский в 1817 году в г. Митава Курляндской губернии. Уже юношей он отличался большой любознательностью, склонностью к изобретательству и незаурядными способностями к живописи. После окончания митавского технического училища Иван Федорович переезжает в Петербург, где посещает Академию художеств. Вскоре его работы становятся популярны.

В это время в Европе получает бурное развитие фотография, и молодой живописец с увлечением берется за новое дело. Тонкий художественный вкус, глубокий научный интерес позволяют ему достичь в этом виде искусства больших успехов. Ателье Александровского превращается в высокодоходное предприятие, и он даже становится придворным фотографом.

Однако не хлебом единым жил этот незаурядный человек. Не фотографии и не живописи суждено было определить его дальнейшую судьбу. Ивана Федоровича неудержимо влекло к изобретательской деятельности и технике. Его самым крупным изобретением становится первая отечественная подводная лодка с механическим двигателем. Ее строительство завершили в 1865 году. На следующий год лодку посетил Александр II. «Чрезвычайно умно придумано»,— заключил парь. Через несколько дней «Высочайшим приказом по Морскому ведомству» И.Ф. Александровский был награжден орденом Владимира 4-й степени и зачислен на службу вольным механиком в чине титулярного советника с мундиром и годовым содержанием 5000 рублей. С этого дня почти весь остаток жизни он посвящает отечественному флоту и прежде всего созданию подводной лодки и ее оружия — торпеды.

Первоначально изобретатель предполагал вооружить лодку двумя связанными между собой минами. После отдачи их креплений они должны были всплыть под атакованным кораблем, охватив его корпус с обоих бортов. После этого лодке следовало отойти на безопасное расстояние и с помощью электротока по проводу взорвать мины. Прекрасно понимая сложность такой атаки, Александровский постоянно думал об оружии, которое не требовало бы сближения с целью вплотную. Таким оружием мог быть только подводный самодвижущийся снаряд. Его разработкой он и занялся. «В 1865 году,— пишет Александровский,— мною был представлен... адмиралу Н. К. Краббе (управляющий Морским министерством Авт.) проект изобретенного мною самодвижещегося торпедо. Сущность... торпедо ничего более, как только копия в миниатюре с изобретенной мною подводной лодки. Как и в моей подводной лодке, так и моем торпедо главным двигатель — сжатый воздух, те же горизонтальные рули для направления на желаемой глубине... с той лишь разницей, что подводная лодка управляется людьми, а самодвижущееся торпедо... автоматическим механизмом. По представлению моего проекта самодвижущегося торпедо Н. К. Краббе нашел его преждевременным, ибо в то время моя подводная лодка только строилась».

Заявление Александровского об изобретении им торпеды было сделано за год до того, как в 1866 году аналогичное заявление сделал англичанин Р. Уайтхед. Знал ли Иван Федорович о его работах?

Скорее всего, нет. Он не только раньше заявил о своем изобретении, но и пришел к нему совершенно самостоятельно. Его путь к замыслу торпеды был последователен и логичен: от подводной лодки с пневмоэнергетикой для движения под водой к идее ее главного оружия — самодвижущейся мине с двигателем, работающим на сжатом воздухе.

Первый отказ не обескуражил изобретателя. Будучи полностью занят испытаниями подводной лодки, Александровский понимал, что главный разговор о ее оружии — впереди. Только после того как лодка была неоднократно успешно испытана, он в 1868 году повторно представил проект своей торпеды. Справедливости ради надо сказать, что к этому времени о торпедах Уайтхеда в России уже знали. Первое сообщение о них было напечатано в январском номере «Морского сборника» за 1868 год. Сам Иван Федорович вспоминал, что во время одного из своих посещений Н. К. Краббе, последний сообщил ему об изобретении в Австрии подводной самодвижущейся мины, на что «я тотчас же ему доложил, что подобная мина давно уже придумана мной».

Торпеда И.Ф. Александровского, изготовленная в 1875 г.Решение по второму предложению И. Ф. Александровского руководство Морского ведомства приняло в 1869 году. Звучало оно так: «Дабы не стеснять в исполнении автора, изобретателю разрешается создать торпеду на собственные средства с последующим возмещением». Будучи занят подводной лодкой, Александровский смог приступить к изготовлению торпед лишь в 1873 году. «Вследствие этого, а также по причине крайне неудовлетворительных механических средств торпедо,— пишет он,— могло быть изготовлено не ранее 1874 года». Делались торпеды в одной из частных слесарных мастерских на Казанской улице. Все работы велись вручную нанятыми Александровским мастеровыми. К началу 1874 года они изготовили два опытных образца.

Что представляли из себя первые русские торпеды? Это были сигарообразные снаряды с несколько притупленной головной частью. Изготовлены они были из листового железа толщиной 3,2 мм. Одна из торпед имела диаметр 610 мм и длину 5,82 м, другая 560 мм и 7,34 м соответственно. Весили они около 1100 кг. В качестве «движущей силы» в торпедах использовался сжатый воздух. Его резервуар объемом 0,2 м3 (длина 2,4 м, диаметр 330 мм) размещался внутри корпуса и был рассчитан на рабочее давление 60 ат. Для обеспечения равномерного хода торпеды давление с помощью редуктора снижалось до рабочего — 5-10 ат. В качестве двигателя в торпедах использовалась одноцилиндровая машина двойного действия с прямой передачей на вал. Глубина хода регулировалась с помощью водяного балласта, точность хода по направлению обеспечивалась вертикальным стабилизатором.

Испытания торпед начались в 1874 году. Первые стрельбы проводились с неполным давлением сжатого воздуха и выполнялись они на Восточном Кронштадтском рейде в присутствии начальника минного отряда контр-адмирала К.П. Пилкина. Как писал И.Ф. Александровский, «на этом испытании мое торпедо три раза кряду проходило с большой точностью назначенное для него расстояние в 2500 фут, постоянно сохраняя при этом определенное ему шестифутовое углубление... Начальная скорость его на расстоянии 1000 фут была 8 узлов, конечная 5 узлов». После первых пробных выстрелов перешли к стрельбам с полным давлением. Продолжались они до окончания навигации. Испытания показали, что главный недостаток торпеды заключается в ее малой скорости. Максимум, на что она была способна, — это обеспечить 6-8 уз на дистанции 2-2,5 км.

Подтвердив, таким образом, принципиальные возможности самодвижущихся мин, испытания 1874 года показали, как отмечалось в отчете о них, что «неудовлетворительное техническое выполнение делало их непригодными для практического употребления. Мина Александровского была тяжела, громоздка и имела очень посредственный ход». По своим характеристикам она существенно уступала ставшей уже широко известной торпеде Уайтхеда. Не считаться с этим было нельзя, и Морское министерство поручает Александровскому «создать новую усовершенствованную подводную самодвижущуюся мину». Ее изготовление передается казенному производству — слесарной мастерской в Новом Адмиралтействе. Срок завершения работ устанавливается 15 марта 1875 года.

Предвидя нереальность изготовления новой торпеды до весны и в то же время стремясь возобновить с началом навигации прерванные испытания, Александровский при содействии Пилкина выдаст Кронштадтскому пароходному заводу заказ на «мелкие исправления к старой мине». Проведенные в 1875 году стрельбы позволили не только добиться увеличения скорости хода до 10-12 уз, но и проверить все усовершенствования, предназначавшиеся для новой торпеды. Изготовление же последней в Новом Адмиралтействе затянулось и было закончено лишь глубокой осенью. Приступить к ее испытаниям в 1875 году так и не удалось.

Чем отличалась новая торпеда Александровского от его первых образцов? По внешнему виду и конструкции корпуса — практически ничем. Она имела калибр 610 мм и длину 6,1 м. Что же касается отдельных ее механизмов и систем, то их отличие сводилось к двум основным изменениям: во-первых, к применению более мощного двухцилиндрового двигателя и, во-вторых, к замене устройства регулирования глубины хода с помощью водяного балласта на работающее от гидростатов. Торпеда состояла из четырех составных частей: зарядной камеры, отсека носового гидростатического аппарата со своими горизонтальными рулями, отсека воздушного резервуара с редуктором и кормового отсека с двигателем и гидростатическим аппаратом, управляющим кормовыми горизонтальными рулями.

Однако стрелять этой торпедой не пришлось и в 1876 году. Оценивая предыдущие испытания как малообнадеживающие, Морское министерство все большее внимание стало уделять сделанному еще в 1873 году предложению Р. Уайтхеда приобрести его торпеды. В начале 1876 года в Австро-Венгрию на его завод выехала российская правительственная комиссия. В ее состав включили и И.Ф. Александровского. «Когда я увидел мину Вайтгеда,— пишет он,— то оказалось, что устройство мины... основано на тех же принципах, как и мое торпедо, с той лишь разницей, что механизм его мины отличается весьма тщательной отделкой, что и не удивительно, т. к. он имеет для этого специальный громадный завод, тогда как моя самодвижущаяся мина была сделана без всяких механических средств у простого слесаря в Казанской улице». Нельзя не отметить объективность и беспристрастность Ивана Федоровича. На заключительном акте комиссии с рекомендациями о приобретении торпеды Уайтхеда стоит и его подпись.

Тяжело переживал Александровский непринятие его торпеды на вооружение Российского флота. Большой патриот, он ратовал за самостоятельное развитие отечественной науки и техники: «Не лишним считаю присовокупить, что изобретенное мною торпедо выполнено у нас в отечестве собственными... средствами... что... способствует развитию у нас механики. Мы не будем вынуждены прибегать к помощи иностранцев... когда собственные наши соотечественники в состоянии удовлетворить настоящим требованиям».

Уже после приобретения торпед Уайтхеда Иван Федорович вносит в собственную ряд усовершенствований. На испытаниях в 1878 году он добивается увеличения ее скорости до 18 уз — всего на два узла меньше, чем у Уайтхеда. Настойчиво добивается Александровский сравнительных испытаний двух торпед — Уайтхеда и своей, изготовленной в тех же габаритах. Комиссия, созданная для рассмотрения этого вопроса, пришла к заключению, что обе торпеды устроены на одних и тех же началах, а имеющиеся в них различия не носят принципиального характера и признала, что сравнительные испытания были бы полезны.

Однако члены комиссии понимали и другое — решение о вооружении флота торпедами Уайтхеда принято. Их не только приобрели за границей, но и запустили в производство на отечественных заводах. Менять это решение в то время не представлялось разумным. В просимых опытах изобретателю отказали. В 1880 году Александровский практически отошел от работ по усовершенствованию своей торпеды, а спустя два года и вовсе был уволен со службы.

Испытывая острую нужду в деньгах, разорившийся изобретатель совершенно забросивший фотографию, неоднократно обращался в Морское министерство с просьбой выплатить ему сумму, которую, по его расчетам, ему задолжали. Но все прошения остались «без последствия»... Иван Федорович Александровский тяжело заболел и был помещен в одну из петербургских больниц для бедных. В 1894 году на 77-м году жизни он скончался.